Крохотное пилотское кресло, идеально удобное для синекожих сморчков Ваарси, абсолютно не подходило для человека. Румм промучился минут десять, но так и не смог уместить даже треть своего тучного зада на узкое сиденье с высокими, почти острыми подлокотниками. Ему пришлось сидеть на полу, приелонившись к переборке. Наверняка все происходящее внутри капсулы записывается, и недошенные карлики вдоволь посмеются, просматривая потом изображение. Ничего, пусть веселятся, что такое мелкие неудобства в сравнении с огромной платой, которую он уже скоро получит за доставленный товар! Ради своего великого будущего Румм готов стерпеть любые унижения, не то что подобную ерунду.

Он поерзал, принимая на полу удобное положение. Да где эти мерзкие коротышки?! У него скоро все тело будет в пролежнях."

"На приборной панели капсулы зажглись новые огни, и изображение звезд на экране поплыло куда-то в сторону. Капсула делала поворот. Наконец-то! Румм оживился. Вероятно, идет подготовка к стыковке. Он встал на ноги, неуклюже разминая затекшее тело. Маленькие уродцы никогда особо не спешили появляться.

Румм понимал, что их действия обусловлены требованиями конспирации, но все равно это его бесило. Он оперся о кукольное пилотское кресло, едва не задевая головой потолок, и принялся всматриваться в обзорный экран. В первые секунды он не увидел ничего, кроме холодной космической пустоты. Затем прямо по курсу капсулы свет звезд начал слегка мерцать, словно где-то там, посреди пустоты, существовало едва заметное марево. По мере приближения марево разрасталось, и вскоре в нем уже можно было различить обводы космического корабля. Капсула вошла в поле преломления, как капля в дрожащую поверхность воды, и разведывательный корабль Ваарси мгновенно принял вполне материальный вид. Румм выбрался из рубки управления в узкий коридор и остановился рядом с лежащим у шлюзовой камеры телом Серебрякова-младшего. Надо встретить хозяев как подобает победителю.

Автоматика завершила стыковку и оповестила о начале шлюзования. Спустя несколько секунд входные люки распахнулись, и в капсулу скользнула четверка затянутых в броню пауков. К Румму мгновенно вернулся страх.

Вслед за пауками вошли трое синекожих коротышек в неизменных скафандрах зеленого цвета.

— Рад видеть вас в добром здравии, уважаемый Румм, — лишенный интонаций голос господина Ва подчеркнуто демонстрировал его безразличие к человеку.

На этот раз коротышка даже не посмотрел на него. Первым делом Ва склонился над телом ученого и внимательно вгляделся в цвета хлюпающего прибора. Его показания, видимо, устроили Ваарси, он выпрямился и только потом уставился на Румма своими немигающими глазами.