Кинл наконец-то приблизился к нему вплотную и тихо зашептал, стараясь не привлекать внимания:

— Андрей Андреевич, я прошу вас уделить мне несколько минут прямо сейчас. Это дело государственной важности и не терпит отлагательств.

— Что такое, уважаемый Кинл? — нахмурился молодой ученый.

— Я должен сказать это наедине. Поверьте мне, это очень серьезно. Серебряков-младший остановился и посмотрел на Кинла.

— Хорошо, будь по-вашему, — он обернулся к комиссии: — Господа, продолжайте, я присоединюсь к вам позже. Через двадцать минут прошу всех быть в зале заседаний.

Комиссия двинулась дальше по коридору, и возле Серебрякова-младшего остались только двое охранников в черных бронекомбинезонах. Он вновь взглянул на заместителя главного технолога.

— Вы можете говорить, уважаемый Кинл, в данный момент нас невозможно подслушать. Что вас беспокоит.

Кинл посмотрел ему в глаза и твердо произнес:

— У меня есть серьезные основания считать, что директор завода и главный технолог саботируют технологический процесс. Боевые корабли Содружества получают не полный заряд Серебряных Слез.

— Не может быть! — удивился Серебряков-младший. — Я знаю директора Собза с самого начала войны с Корпорацией. Он по праву пользуется неограниченным доверием.

— И все же это так, господин Глава Совета, — настаивал Кинл. — Я не хочу быть голословным в таком серьезном обвинении. Поэтому я настоятельно прошу вас пройти в мой кабинет и лично ознакомиться с доказательствами. Это необходимо сделать сейчас, до начала заседания.

— Что ж, пойдемте, — согласился ученый. — Вы правы, я должен лично разобраться в ситуации."

"До кабинета дошли быстро.

Серебряков-младший в сопровождении Кинла зашел в помещение, отдав распоряжение охране ожидать его у дверей снаружи. Затянутые с ног до головы в черную матовую броню бойцы бесшумно заняли места по обе стороны входа. Кинл закрыл за собой дверь.

— Это мои сотрудники, — он коротким движением представил ученому присутствующих.

За рабочими местами сидело пять человек, занятых какими-то расчетами. У стола руководителя стоял Мэлл, склонившись над технической голограммой.

— Все готово, уважаемый Мэлл? — спросил Кинл.

— Да, — коротко ответил Мэлл.

— Прошу вас, Андрей Андреевич, — Кинл жестом предложил Серебрякову-младшему подойти к компьютеру. — Взгляните сами.

Один из сотрудников встал из-за своего стола и направился к выходу. Мэлл отошел от голограммы, пропуская к ней Серебрякова-младшего, и оказался у него за спиной. Ученый посмотрел на данные, и подошедший к двери человек осторожно закрыл дверной замок.

— Я не понимаю: где то, о чем вы мне говорили? — Серебряков поднял глаза на Кинла.