– Выведи из автобуса всех русских, в салоне должны остаться только чернокожие, – лысый сурово посмотрел на «зубастика».

Через две минуты Михаил и Дмитрий стояли на обочине дороги, у самого края пропасти под прицелом автоматов. Других русских заложников отогнали в сторону. Угрюмые и непроницаемые лица боевиков не выражали никаких эмоций. Они были готовы в любой момент исполнить команду и нажать на спусковой курок. И если это произойдет, то единственным напоминанием о жизни этих двух парней останется раскатистое эхо автоматной очереди, которое отзовется в этих безмолвных и беспощадных горах.

Это понимали и охранники посольства, но предпринять для своего спасения ничего не могли. Уже мысленно распрощавшись с жизнью, Михаил и Дима были готовы принять и такой поворот судьбы.

Тонированые стекла джипа, стоявшего перед автобусом, скрывали пассажиров, находившихся внутри машины. Потирая уставшие кисти рук от сильно сжатых наручников, подполковник Загорский смотрел через стекло на двух своих соотечественников у обочины дороги.

– Так что, ты мне скажешь, где кейс с контейнером? – Омар, сидевший на переднем сиденье, справа от водителя, пронзительным взглядом уставился на военного.

– Я же говорю, что не знаю, о каком кейсе идет речь, я просто вышел на переговоры, потому что был старшим по званию в самолете, – он не отводил взгляда от происходящего на дороге.

– Ладно, можешь не говорить. Рано или поздно я все равно найду его, даже если ты его хорошо спрятал. В самолете его не осталось, это я знаю точно.

– Я не понимаю…

– Он в багаже, – Омар не сводил взгляда с подполковника и понял, что не ошибся, – для начала я убью этих двоих людей… Решай. У тебя минута на размышление.

И если не скажешь, они умрут прямо у тебя на глазах.

Сказанное Омаром добило подполковника, он, наверное, понимал, что выхода у него нет. Он не имел права жертвовать жизнями своих людей. Миссия по вывозу контейнера со смертоносными штаммами была возложена на него одного. Ему было и решать.

«Глупо не отдать кейс. Сейчас лучше всего потянуть время. Может появиться шанс на спасение. Надо соглашаться…» – военный перебрал в уме возможные комбинации.

– Верни ребят обратно в автобус, я его отдам, он в самом деле в багаже, – несмотря на решительность подполковника, голос прозвучал неуверенно.

– Где гарантии того, что ты мне сказал правду и не станешь крутить после того, как твои люди окажутся в автобусе? Что ты не передумаешь через пять минут? – Омар скрывал радость, он понимал, что военный начинал играть по его правилам.

– Такие же, как и у тебя. Откуда мне знать, что ты не убьешь заложников, после того как я скажу тебе точно, где находится контейнер? Ты же даже не представляешь, как он выглядит, – подполковник намеренно тянул время.