Теория Прохоровича о том, что у каждого есть свое предназначение, прочно засела у меня в голове. Ига не добил меня и почти сразу получил смертельную рану… Значит, в этом было его предназначение? Попытаться меня убить? Черт возьми, ну почему смерти стольких людей связаны со мной? Почему все-таки я? Чем я связан с проклятием Березина? Мы не родственники и даже никогда не были знакомы. Где связь?

— Так поможешь? — голос Иги вернул меня к реальности.

И что я мог сказать? Мысль, что я из-за него чуть не умер, как-то постепенно стиралась, исчезала в суете новых событий и выводов.

Теперь мне казалось наоборот, что это он умер из-за меня. И все же…

— Смотря что, — разумно ответил я.

— Моя мама, — сказал Игаев, — она больна, ей нужна операция.

Мама? Интересно, я всегда считал, что Пашка сирота.

— Я всего лишь говорю с мертвыми, а не исцеляю, — напомнил я.

— Я знаю. Маме нужна операция. Дорогая, а у меня остались деньги, я копил, но не успел их ей дать, а она не знает, где они лежат. Времени мало, я не могу ждать, когда она сама перероет весь дом и найдет их.

— То есть я должен пойти к ней, — подытожил я. Хмыкнул.

 — И что я ей скажу?

— Правду.

— Сдурел? Представляю: знаете, ко мне приходил призрак вашего сына и сказал, где деньги лежат…

— И в чем проблема? — не понял Ига.

— Да в том, что она меня на порог не пустит после этого. Решит, что с головой у меня плохо или еще что.

— А начнешь врать, тем более не пустит, мама знает, что я зарабатываю… нечестно, она подозрительного типа к себе точно не пустит. Вдруг ты агент чей.

— Ну-ну, маловат я для спецагента, тебе не кажется? Тоже мне, дитё шпионов.

На самом деле я сам понимал, что мне уже нечего бояться прийти к незнакомой женщине и заявить, что я переводчик приведений.

Не впервой. Так я пришел к Диме, так мы пришли к Оксаниной тете. Но какое-то подсознательное чувство останавливало меня, подсказывало, что не стоит ввязываться. Помочь нужно, но только не так, не напролом.

Наконец, я решил:

— Нет, так не пойдет, устал я повторять эту историю про переводчика приведений, да и нечего людей пугать без надобности, — Ига смотрел на меня, не понимая, и я продолжил: — У меня есть идея получше. Я пойду к тебе, когда твоей мамы не будет дома, достану деньги из заначки и положу на видное место.

И все дела.

Лицо Иги не выглядело особо довольным, видимо, через меня он хотел передать матери еще что-то. Однако он все же кивнул.

— Ну вот и отлично, — сказал я. — Показывай дорогу.

Что-то во всей этой ситуации мне безумно не нравилось. Не то, что я не хотел помочь Иге, нет, наоборот, но подсознание явно было против. Знать бы еще почему.

Но, видимо, если бы я всегда слушал свое предчувствие, моя жизнь сложилась бы иначе.

— А ты сам домой ходил? — спросил я.