— Ирр-Миэллен весь вечер приглашает Сигвару, — рассмеялась я, когда рука Альтена вновь коснулась моей талии. — Мне кажется, на следующем танце она сбежит, или мы опять поменяемся. Представляете, моё светлое счастье, он только и может говорить, что о зельях и рецептах изготовления всяких порошков! Даже во время праздника!

— Того гляди, вы польстите моему самолюбию, Кэр, и скажете, что я хороший собеседник, — весело заметил Альтен, когда танец уже начал заканчиваться; он притянул меня чуть ближе, чем полагалось, и я шепнула, едва не коснувшись губами его губ:

— Вы хороши во всём, светленький, а то вы не знали?

И тут музыканты заиграли такую бодрую мелодию, что я едва не подпрыгнула; Рик принялся лихо кружить Анию и ка-а-ак подбросил её, а она радостно взвизгнула, упав в его объятия! Все немедленно оживились и последовали их примеру. Кажется, подобный танец отплясывали только люди на своих праздниках, и сразу стало ясно, что именно Рик и Ания ввели его в репертуар придворных музыкантов!..

— Гляньте, Сигвары нет в зале, — простонала я, переводя дух, когда начался ещё один весёлый танец. — Давайте и мы отдохнем, Альтен, у меня от усталости ноги гудят!

На серебряных и золотых подносах, которые слуги таскали туда-сюда, я давно уже заметила амброзию. Но едва Альтен прихватил для нас парочку искрившихся бокалов, как появилась Сигвара и с таинственным видом поманила нас за собой. Я взяла ещё два бокала амброзии, решив, что лишним не будет.

Нам пришлось миновать длинный коридор и нажать открывающий механизм в стене, прежде чем мы оказались в небольшой комнате. Обстановка тут была скромная. Кроме стола и нескольких мягких сидений, обтянутых золотистым шёлком, я не увидела никакой мебели. На стенах горели свечи в канделябрах, рассеивая вечерний полумрак.

А ещё нас поджидали дядя и Бейхе, и на столе красовалась доска из-под тейрока с расставленными на ней фигурками! Когда Сигвара успела её прихватить?!

— Так и знала, что без партии сегодня не обойдётся, — вслед за Альтеном я со смехом поставила бокалы на стол и села. Рядом устроилась Сигвара, а на тёмно-коричневую столешницу плюхнулся антифей и с довольным видом потёр ручонки:

— Зря, что ли, над учебниками пыхтели!

— Трое против одного? — Дядя усмехнулся и обвёл нас взглядом. — Благородный Альтен, посмотрите, что творится! Не желаете поддержать меня?

— Ничего не смыслю в тейроке, — признался мой целитель, взяв бокал с амброзией и занимая свободное сиденье чуть поодаль, — но моральную поддержку оказать готов!

— Твой ход, дядя! — Я улыбнулась ему, и, глядя на меня с лукавыми огоньками в глазах, он двинул вперёд одного из своих придворных. Несмотря на отсутствие шрамов на руках, дядя по-прежнему носил перчатки — видимо, за столько лет привык к ним.