Может, я ещё не могла сделать из пламени такие мощные крылья, какие были у Хэг-Лисканы, однако неслась, почти доставая до потолка! И великаны на моём пути обращались в лужи.

Пролетев до самого конца коридора, я увидела за поворотом зеркало в ледяной раме. Вот-вот из него готовы были полезть новые враги. Ударила антимагией изо всех сил и чуть не оглохла от страшного звона, а осколки зеркала полетели прямо в меня…

Очнулась я на коленях у Альтена, окутанная тёплым зелёным светом. Где-то капала и лилась вода, слышались встревоженные голоса, а мне хотелось одного — чтобы мой дорогой целитель не отпускал меня.

— Люблю вас, Альтен, — прошептала я.

— Я вас тоже очень люблю, Кэрхильд, — вполголоса отозвался он. — Но в другой раз скажите мне, что собираетесь делать. Это было очень рискованно. Демонов артефакт… Хорошо, что ваши глаза целы. Остальное я вылечу. Не шевелитесь, моя тёмная любовь."

"— Тут насекомые! Жужжат! Сейчас укусят! — раздались крики Сигвары, и я чуть не подскочила. Альтен удержал меня на месте.

— Спокойно, Кэр. Лежите! Ваш фамильяр уничтожает иллюзии, созданные магами. А уж они постарались…

Зелёный свет укрывал меня, словно плащом, и от блаженства я готова была петь. Нить во мне превратилась не то что в струну, а в целую арфу. И пела, пела немыслимо красивую мелодию.

Но было что-то ещё. Я слышала что-то ещё!

— Альтен, — пока он заканчивал лечение, я прислушалась и замерла, чувствуя, как растёт внутри предчувствие. Неужели… неужели не ошиблась?!

— Что такое, Кэр? Вы можете вставать, всё хорошо, — и целитель помог мне подняться на ноги. Я вцепилась в него:

— Альтен, кажется, барьер неслышимости рухнул! Это голоса мамы и папы, они приближаются, они справились с ним!

Глава 23

— Источник — средоточие магии этого мира, он очень силён, — говорил папа, шагая по каменному коридору рядом со мной. Я слушала, счастливая настолько, насколько и вообразить себе раньше не могла. — Мы с Роникой, как проснулись, изучили Источник со всех сторон, даже поэкспериментировали немного. Надо будет рассказать про это Даалю. Может, книгу напишет… Но как же ты выросла, Кэрхильд!

— Наша малышка, — мама сжала мою руку, улыбаясь; слёзы блестели у неё в глазах так же, как у меня. Впереди шли Альтен и Сигвара, сзади летел Бейхе, и в свободном от ловушек, иллюзий и монстров подземном лабиринте вдруг сделалось тепло и хорошо.

— А на что был похож барьер неслышимости? — спрашивала я. — Такой белый, как снег, и прочный на ощупь?

— Нет, он был чёрный, как смола! Ты не представляешь, малышка, сколько антимагии я извела на этот барьер! — смеялась мама в ответ. — Уже начинала бояться, что весь запас иссякнет!

— Я тоже, — и, подозвав антифея, рассказала о том, как он помог мне быстро развить дар.