Или сидел, забравшись с ногами в кресло и слушая разговоры Дангора с посетителями, когда повзрослел, а солдатики отправились на хранение в коробку на чердаке."

"Мне всегда было интересно как отчим строил свою политику и вел дела. И до сих пор считаю, что часы, проведенные в этом кабинете, научили меня большему, чем усилия всех моих учителей, вместе взятых. Потому что они преподавали мне мертвую, оторванную от реальности доктрину.

В кабинете же у Дангора творилась живая история.

Как-то раз отчим обнаружил меня, забившегося под стол в его кабинете. Мне было лет пять, и тогда я еще боялся этого чужого мужчину, за которого моя мама вышла замуж.

Дангор потрепал меня по волосам и предложил выбрать в своем кабинете более комфортное место.

С тех пор у нас так и повелось – он работал, а я играл, или просто сидел и слушал. И всегда запоминал, анализируя услышанное, потому что мне было интересно.

Сейчас, будучи взрослым, я понимаю, что только ради любви к своей женщине, Дангор принял и попытался полюбить ее сына. Но тогда, в пять лет, его доброе ко мне отношение казалось мне каким-то чудом.

Волшебным подарком, случайно доставшимся ребенку, которого люто ненавидел его собственный отец…

Дангор, наконец, отвернулся от окна, прошелся по кабинету и с наслаждением вытянул ноги в свободном кресле рядом с камином.

– Садись ко мне поближе, Родерик. – позвал он, показав на пустое кресло. – Ты уже виделся с Соларой и девочками?

– Да, я зашел к ним, как только приехал. И еще зайду после нашего разговора.  Малышка Рози прелестна. – я улыбнулся, вспомнив свою новорожденную сестру, которую сегодня увидел первый раз.

Дангор выглядел усталым – видимо, сказывались тревоги последних недель, когда всех потряхивало из-за произошедшего в академии.

И из-за Эла, который, к сожалению, так и не пришел в себя, и по-прежнему находился в полубезумном состоянии под неусыпным надзором лекарей и магов-менталистов.

– Родерик, я рад, что ты помог Стену Грранису с поиском и расследованием произошедшего. – наконец заговорил отчим. –  Он говорил с тобой об академии?

– Да, Стен просил меня помочь ему с обеспечением безопасности адептов.

Отчим бросил на меня быстрый взгляд:

– И что ты ответил?

Я пожал плечами:

– Сказал, что подумаю.

Почему я должен бросать свои дела, чтобы помогать Стену?

– Может быть, потому что это дело государственной важности, Родерик? – мягко спросил Дангор.

– У меня есть свои обязательства, ты же знаешь. – возразил я.

Отчим не ответил, но повернув голову внимательно меня рассматривал. Наконец медленно произнес:

– Но на самом деле, в душе ты уже согласился ввязаться в это дело, не так ли? В противном случае ты бы не обещал подумать, а отказал сразу.

– Я так и собирался сделать… – вырвалось вдруг у меня.