Байрактар попытался скрыться, но пуля из пистоля Очепова свалила его коня, и подскочивший драгун ударил знаменосца саблей.

Только самая малая часть турок смогла вырваться из окружённой крепости. Настёгивая коней, они неслись прочь. Несколько сотен сипахов было изрублено на месте, остальные бросились в панике через открытый проём обратно в город.

– За мной, драгуны! – призывно прокричал командир Стародубовского полка. – Атака!

Лавина русской кавалерии, сметя небольшой заслон у ворот, ворвалась в Базарджик.

– Ура-а! – ревели драгуны, скача по улицам.

– Э-э-эх! – Тимофей с громким выдохом ударил саблей бегущего турка.

 – Э-э-эх! – с оттяжкой рубанул он второго. Из большого здания подле мечети громыхнули выстрелы, и скакавший рядом с ним всадник выпал из седла. У второго, летевшего впереди, подстрелили коня, и они оба рухнули на пыльную землю.

– Вперёд, драгуны! – взмахнув клинком, прокричал полковник, и русская конница, рассыпаясь, ворвалась на заполненную турками главную площадь города. Словно гигантская молотилка пошла по ней. Слышался звон металла, крики, стоны и хрипы умирающих.

Три минуты – и, разделавшись с неприятелем на площади, всадники понеслись по расходящимся в стороны улицам, а на неё уже забегали русские пехотинцы. Выбивая двери и окна, они врывались в дома и уничтожали укрывшихся в них.

Пеглеван-паша заперся со своим штабом в доме наместника и попробовал отстреливаться, но гренадеры Куринского и Московского полков подкатили к нему пушку и, разбив ядром дверь, ворвались внутрь. Часть защитников была переколота штыками, остальных во главе с командующим османским корпусом и двухбунчужным пашой[18] Измаилом взяли в плен.

"

"В крепости слышались выстрелы, отдельные группки турок, забаррикадировавшись в домах, пытались отбиться от русских, но это сопротивление было очаговое и быстро подавлялось. Уже через час после начала штурма в город заехал генерал-лейтенант граф Каменский Сергей Михайлович со свитой. Улицы были завалены трупами, всюду сновали пехотинцы, скакали казаки и драгуны с красными от крови клинками. Катили куда-то вглубь крепости пушки чёрные от сажи и порохового дыма артиллеристы.

Объехав с брезгливым видом лежавшие в кровавой луже трупы, граф подозвал к себе начальника штаба.

– Павел Александрович, проследите, чтобы уже завтра здесь всё было прибрано. – Он кивнул на заваленную телами улицу. – А то не ровён час брат[19] с высокой свитой пожалует, чтобы на наше дело поглядеть, а тут такое. И людей своих разошлите по городу, пусть принимают сдачу, а то солдатикам дай волю – всех турок переколют. А надо бы и пленных показать.

– Всем! Всем! Всем! – выдували сигналы полковые и эскадронные трубачи.