– Сегодня мы стоим на пороге великого дела – дела чести и славы нашего Отечества! Храбрость и стойкость, с которой вы не раз уже сражались на поле брани, вновь потребуется ему! Помните: каждый из вас не просто воин, а ещё и защитник Родины и государя. Сражайтесь же стойко! Не знайте страха! За веру, царя и Отечество! За славу русского оружия! Ура!

– Ура-а-а! – ревели шеренги.

– Ура-а-а! – кричал вместе со всеми Тимофей.

– Под знамя! Генерал-марш! – выдували сигналы штаб-трубачи, и знамённая группа провезла полковой штандарт вдоль всего строя.

Один за другим выезжали эскадроны и проходили торжественно мимо стоявшего под знаменем полковника.

Вот выехал последний взвод второго, и теперь Копорский, взмахнув рукой, крикнул:

– Эскадрон, взводными колоннами! Парадным маршем! За мной!

Выехали первый, второй взвод, а вот повёл свой третий и Марков Димка.

– Внимание, взвод, за мной! Правое плечо – вперёд! – рявкнул Тимофей. – Прямо! Сабли из ножен долой! – И сам вырвал клинок. – На плечо! Равнение направо!

Сабля обухом легла на эполет. Ветерок развевал на древке полковое знамя, и под его полотнищем проезжали драгунские ряды.

– Всё, замыкающие проходят, – повернув голову и оглядевшись, произнёс он удовлетворённо. – Вроде бы все ровно шли, никто не сбился! Взвод, сабли в ножны! – И сам вставил в свои ножны остриё клинка.

«Бли-ин, “сабли”, я ведь скомандовал “сабли”! – осенила Тимофея мысль. – А тут-то ведь палаши официально в Стародубовском полку! Значит, и команда соответствующая должна подаваться! Будет мне теперь на орехи!»

Колонна драгун обогнала катившие в сторону крепости орудия и зарядные передки, а потом и топавшие по степи, пылившие батальоны пехоты.

Командир полка, обойдя северные холмы, вывел эскадроны к восточным предместьям Базарджика. Здесь уже крутились казаки. Какие-то из их сотен уходили на юг или на север, какие-то подскакивали ближе к укреплениям и отскакивали в степь под гром пушек.

– Чего это они словно слепни у табуна вьются? – приставив к козырьку каски ладонь, сказал недоумённо Блохин. – Лихость свою, что ли, эдак показывают?

– А эти-то вон второй круг уже дают. – Очепов кивнул на скакавший отряд гусаров. – Суета какая-то.

– А может, они турок злят, заставляют их пороховой припас напрасно жечь? – выдвинул свою версию всего происходящего Смирнов.

– Да конечно, у них в крепости этого припаса цельные погреба, – отмахнулся Чанов. – Вспомните Гянджу или Шушу, братцы, там пороха на полгода стрельбы было. И это ведь ещё горские крепости, а у турок припаса-то поболее, чем у них, будет. Генерал же сказал маячить и османов пугать, вот они и пугают, глаза им от основного войска отводят."

"– Ну не зна-аю, – пожав плечами, пробасил Марк. – Только приступа сегодня точно не будет.