А утром муж разбудил меня, начав сам готовить завтрак. Впервые за всё время, прошедшее с нашей свадьбы.

Он предложил мне воспользоваться тем, что был выходной и вообще ничем не заниматься. А главное, что он понял, что не так. У нас нет общего знаменателя, того, что нас роднило бы. Ребёнка. Он, мол, не хотел говорить раньше времени, но он уже обучается на риелтора, а мне бы платили декретные. К тому же мои переводы можно делать и с ребёнком. Почему то от этого предложения у меня словно выросли крылья за спиной. Тем более, что Сергей предложил дать будущему малышу имя в честь одного из моих родителей. Со своими он не знался, их не было даже на свадьбе."

"Но даже через полгода попыток желаемая беременность не наступала, и тогда я пошла к врачу. Результат обследования был неутешителен. Один из яичников у меня не работал вообще, а второй вырабатывал яйцеклетку с настолько плотной внешней оболочкой, что... Вердикт врачей был однозначен, забеременеть обычным путём я не могла, а искусственное оплодотворение нам было не по карману.

На Сергея было страшно смотреть. Два дня он молчал и уходил в комнату, стоило мне прийти домой. Потом встретил меня и сказал, что в его представлении, главное предназначение женщины, это родить своему мужу ребёнка. Но я его жена, он меня любит, и поэтому он решил, что останется со мной, не смотря на мою неполноценность.

Работа риелтора ожидаемых доходов не принесла, муж мог неделями сидеть дома в ожидании отклика, или проводить время в безрезультативных показах. Я всё-таки ушла в частный садик. И да, устроилась в соседний ТСЖ, как только вновь увидела объявление. А переводы делала по ночам.

Как ни странно, но в таком страшном и тяжёлом для работы частном садике я приработалась. Помнила о своём месте, не лезла с советами и рекомендациями к родителям и нашла общий язык со своей небольшой группой. Директор садика хоть и поджимала при виде меня губы, но особо даже и не придиралась.

На больничные я не ходила, вместо отпуска охотно брала компенсации, выходила в смены за других и не создавала руководству проблем. И раз в квартал, а также к праздникам получала премию и подарки от родителей. Принимать их никто не запрещал. Более того, зная о моём плачевном финансовом состоянии, директриса забирала у меня подарочные сертификаты во всякие салоны, отдавая деньги по их номиналу.

В тот день, перед Новым Годом, я получила хорошую сумму денег. Две зарплаты, тринадцатая, которой и в государственном-то садике не было, и премию. Папа одного из моих воспитанников вручил конфеты и кофе, ценник которого я боялась представить. И конверт.