Конечно, пока Дарина маленькая мне и мечтать нечего о своем деле. Но, потом, когда дочь подрастет, я попробую накопить на что-то подобное. Нужно только все продумать. Плохо, что с экономикой у меня все не очень хорошо. Может быть, спросить об этом знающего человека? Геннадия, например. Я представила и тут же вздрогнула от картины, где он тут же бежит организовывать мне прибыльное предприятие.

А еще, я пока не могла разобраться со своим собственным отношением к Корсарову. В последнее время ловила себя на том, что рассматриваю его все чаще и чаще. Особенно лицо. Залегшие в уголках рта печальные морщинки, резче проявляющиеся, когда он кривил губы.

Лучики, расходящиеся от глаз. Пушистые ресницы, которые делали его взгляд более открытым. Вертикальная морщина между бровями, потому что он часто хмурился. Широкие плечи, которые вкупе с невысоким ростом придавали ему слегка коренастый вид.

Я пришла к выводу, что причина моего повышенного внимания кроется в том, что я пытаюсь изучить непонятный для меня мужской пол. А еще я люблю красивые вещи, картины к примеру. Вот и смотрю на Гека, как на красивое изображение.

Но мне хотелось бы поговорить об этом с кем-то знающим. Но с кем? С Анжеликой? Но мне стыдно, да и мы не настолько друг с другом общаемся, чтобы мужчин вместе обсуждать. Хотя, она Геннадия знает лучше, чем я.

Больше я ни с кем дружеских отношений не поддерживала. Тут же почувствовала себя эгоисткой, которая не умеет общаться с людьми. А еще собралась открывать что-то такое, где общаться придется часто. Пора выбираться из своей берлоги.

В пятницу, после ухода Гека на работу, я собралась, одела Даринку и вышла на улицу. Небо хмурилось, но на улице было тепло.

Я выкатила коляску, положила туда дочь, и отправилась в деревню. Пулька проводила нас печальным взглядом, но осталась дома. Видимо, приказ от хозяина был.

Коляска была проходимая, с большими колесами, и по мокрому снегу ехала хорошо. До нужного мне дома мне пришлось пройти больше, чем полдеревни. К моему удивлению все попавшиеся мне по пути люди вежливо здоровались. Ни один человек не скривился, увидев дуру-женщину, которая без мужа растит ребенка. Наоборот, все спрашивали, надолго ли я приехала, и когда у меня будет время осмотреть их питомцев.

Раньше лета на осмотре никто и не настаивал, так как понимали, что маленький ребенок не позволит мне ничем серьезным заниматься.

Только попавшаяся мне по пути Любовь Карповна, шустрая старушка, задала странный вопрос.

— Вы расписались, али свадьбу делали? — Участливо спросила она, заглянув в коляску.

Я порадовалась, что прикрыла дочь палантином.

— С кем? — Удивилась.

— Как с кем? С парнем этим… Геннадий, кажись. — Вспомнила она.

— Ничего мы не делали. — Тут же принялась оправдываться я.