— Сюда в ход, только без одежды. — глазки блестят, и в голосе слышатся игривые нотки. Она явно пьяна.

Повинуюсь, стягиваю с себя штаны с носками, снимаю, боксеры и буквально запрыгиваю на кровать, а потом и на Лисичку. Она разводить широко ножки в пригласительном жесте, и неотрывно смотрит мне в глаза. Провожу пальцами по набухшим губкам, задевая клитор. Это лишь ритуал, я знаю она уже мокрая, для меня. И не ошибаюсь, палец легко скользит в жаркую тесноту, удовлетворённо там хлюпая. Убираю его, приставляю восставшую плоть к заветной дырочке, но медлю, сам не знаю почему.

Провожу по ней, вверх-вниз, смешиваю наши соки, надавливаю головкой на твердый камушек, и, услышав хныкающие звуки, резко толкаюсь, сразу на всю длину и глубину. Моё действие откликается протяжным стоном.

— Вот так, моя рыжая Лисичка, — шепчу, прикусывая мочку ушка, и повторяю свои действия. Выхожу почти полностью и погружаюсь обратно, до самого дна. — Прими меня.

Задираю её ножку и кладу себе на плечи, целую и покусываю щиколотки. Дышу рвано, двигаюсь так же. Лисичка вцепилась в мои бедра ручками и впилась в кожу ногтями. Это подстёгивает двигаться ещё быстрее, ещё глубже, до самого основания.

— Ещё, ещё, ещё, — повторяет маленькая, при каждом выдохе.

Но стоит мне дотронуться до заветной кнопочки, как она взрывается, пульсирует, крепко сжимая мой член в тесках разгорячённой плоти, и сладко стонет. Я улетаю за ней, почти сразу, каких-то пару толчков, и я кончаю глубоко в ней. Наклоняюсь и впиваюсь в её губы поцелуем, вот моё место, на ней, глубоко в ней, делить одно дыханье с ней. Так правильно.

Дальше всё как в тумане, я честно пытаюсь помыть мою маленькую женщину, но это заканчивается лишь тем, что нагибаю её у стенки, заполняю собой и своей спермой.

Кажется, я действительно оголодал, или эта жалкая попытка насытиться ею, если она мне откажет в продолжении. Но до кровати мы добираемся лишь для того чтобы я вылизал и обсосал, каждую спелую ягодку сосочков, а в довершении втираю в её половые губки и клитор свою сперму, втираю и откровенно наслаждаюсь этим процессом. Лисёнок хнычет, что уже устала и хочет спать, в душ идти отказывается, и как есть укладывается ко мне под бок. Её дыхание выравнивается, и она погружается в сон.

— Как тебя зовут, — спрашиваю, надеясь хоть на такую малость, как узнать её настоящее имя.

— Ааа-ЛИ-СА, — зевая, отвечает она и всё же засыпает. Значит всё-таки Лиса, не хочет говорить, боится, не хочет продолжения со мной, хочет всё закончить, хочет остаться тайной и исчезнуть так же как появилась. Утром, меня почти рубит, я узнаю всё утром. Если бы я тогда знал, что один утренний звонок заставит нас потерять, в до боли знакомом, и таком большом городе.

Глава 16

Алиса

Просыпалась я с противоречивыми чувствами.