Я не сумела ее облегчить. Я не смогла защитить.

Ярость душила меня. Я презирала себя за то, что выжила, и тварь, что лишила меня всех родных.

Сергей сел на край моей койки. Его лицо в приглушенном свете казалось скорбной маской.

– Того, кто тебя привез, зовут Константин Суров. Он начальник гарнизона, подполковник. Он не обнаружил других выживших, кроме тебя.

– Мы должны вернуться, – прошептала я, не слушая: – Вдруг кто-то еще можно спасти!

Взглянув в лицо Сергея, я подавила стон отчаяния – он не верил.

– Тебе повезло, что ты осталась жива.

– Он сказал, что я буду следующей, – я посмотрела в глаза Сергея, замечая, как они вдруг стали непроницаемы.

– Что? – изумленно проговорил он. – Этот чужак говорил с тобой?

– Да.

– И оставил в живых? – нахмурился Сергей. – Подожди минуту.

Он поднялся и пропал из поля моего зрения. Послышались шаги, затем свист в рации, и Сергей произнес:

– Позовите подполковника Сурова. И пусть подойдет профессор Севастьянов.

Мне было плевать, даже если бы испугавшись, они выставили меня за ворота. Я, вообще, не чувствовала себя живой. Из меня будто достали сердце, и теперь я была лишь пустой куклой, которая отчего-то продолжала дышать и двигаться.

Мне все еще хотелось реветь – в груди холодило, а к горлу подкатывал ком.

Будь я прежней, той, что накануне села в машину, я бы уже заливалась слезами. Но я уже никогда не буду прежней. Никогда.

– Что у вас случилось? Я могу поспать хотя бы час? – раздался уже знакомый мне недовольный голос подполковника Сурова."

"Его светло-русые волосы были коротко острижены у висков и на затылке, а на макушке оставались неприлично длинными для военного.

Я вспомнила его! Вспомнила, как, обнаружив меня на дороге, он грубо затолкал меня на сидение автомобиля, не реагируя на мои просьбы помочь моим родным.

Вцепившись в него взглядом, я ощутила, как во мне, из самых потаенных глубин, поднимается неприятная чернь. Вместо благодарности, я испытала острую вспышку неприязни.

Суров явился вместе с профессором Севастьяновым, сухопарым, подтянутым человеком со смуглым лицом и седой аккуратной бородкой. Последний ухватился за спинку офисного стула и придвинул к моей койке.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он, снимая очки и потирая переносицу.

Я чувствовала себя так, будто меня прокололи булавкой, подобно коллекционной бабочке. Проткнули сердце, легкие – я с трудом дышу.

– Мы сможем вернуться к месту аварии утром? – вместо ответа спросила я.

Суров, который стоял поодаль, скрестив на груди руки, нахмурился. Я заметила, как заиграли желваки на его щеках.

– Нет. Это бессмысленно. Обычно чужаки убивают всех.

Наверно, поэтому он даже не пытался помочь моим родным.

– Но я ведь жива, хотя он хотел убить меня! – выпалила я.