А где дама, которая тоже была с тобой? Вас ведь было трое, когда вы прилетели в Америку?

– Ее похитили и изнасиловали, – глухим голосом признался Дронго.

Вейдеманис замер.

– Она осталась жива? – осторожно спросил он.

– Да, но в плохом состоянии. Испытала настоящий шок от такого «обращения». Сейчас с ней работают врачи-психологи.

– Я не думал, что в мафии бывают и подобные подонки, – поморщился Вейдеманис, – мне они всегда казались гораздо более приличными людьми. Конечно, они убивают и торгуют наркотиками, держат казино и подкупают полицейских. Но они не грабят на улицах, не воруют у старушек их кошельки и не насилуют женщин.

Они заняты своим бизнесом и не допускают подобных мерзостей.

– В общем, ты прав. Только сукин сын, который оказался рядом с Вирджинией, не знал кодекса мафии. Она была в наручниках и не могла сопротивляться, чем он и воспользовался. Нашкодив, он испуганно ждал, когда она пожалуется. Но ей не хотелось разглашать эту грязную историю, поэтому она никому ничего не сказала.

– В таких случаях нужно обязательно наказывать подобных насильников, – убежденно произнес Эдгар, – и, не стесняясь, указывать на него.

– Если в мафии узнают об этом позорном случае, они его убьют, – задумчиво проговорил Дронго, – такие вещи не прощают даже у них. Подожди, подожди, я, кажется, начинаю придумывать свой вариант.

ИнтерлюдияСказать, что синьор Прасси был в ярости, значит ничего не сказать. Он с трудом сдерживался, чтобы не разбить свои кулаки о породистую морду красавчика Лучано, который привез ему плохую весть. Оба китайских киллера, нанятых Лучано, погибли. Они успели убрать только двух охранников из частного охранного агентства. В доме было найдено четыре трупа.

Расследование поручили ФБР, но в полиции все эти данные были зафиксированы. Как и свидетельство того, что больше никто не был убит.

Прасси раньше не позволял себе грубых выражений, считая подобное поведение недостойным человека, занимающего определенное положение в обществе. Но теперь он ругался как портовый грузчик, оперируя всеми известными ему ругательствами в английском и итальянском языках. Лучано молча слушал босса, понурив голову и понимая, что тот прав. Если бы он не был родственником его супруги, возможно, Прасси принял бы гораздо более решительные меры по наказанию провинившегося.

Но, отругав своего помощника, он выгнал его из кабинета. В конце концов, два прокола подряд – это уже слишком много, даже для такого дурака, как Лучано. Сначала найти какого-то русского бандита, который отказывается от денег и выполнения задания, потом разыскать китайскую пару, которая столь неудачно выполняет задание, подставляя себя под выстрелы защищавшихся. Такого не было никогда. Прасси подумал, что во всем виноват только он сам.