Из прежнего выдержанного, спокойного, энергичного банкира он превратился в желчного, мстительного, злопамятного и вечно недовольного руководителя. Многие сотрудники банка начали отмечать его негативные качества.

В этом году он принял участие в заседании клуба, когда его пригласили в Великобританию. Среди уверенных в себе солидных банкиров и бизнесменов, политиков и государственных деятелей, членов королевский семей он выглядел жалким инвалидом. Хотя помнил, что один из министров крупной европейской страны тоже иногда появлялся в такой коляске.

Но он был инвалидом с детства и привык к подобному положению, тогда как Мартинес стал инвалидом только в прошлом году и сходил с ума от невозможности расстаться с коляской."

"С заседания клуба он вернулся несколько успокоенным. Новая мировая стратегия обещала большие доходы всем банкирам, участвующим в выработке этой политики. Следующие месяцы прошли в напряженной работе. Вместе с тем он не забывал о своем положении и дважды ездил в Лондон и Париж, чтобы показаться местным светилам медицины и узнать наконец, когда у него появятся шансы встать на ноги.

Он готов был заплатить любые деньги за возможность снова ходить.

Во Франции его разочаровали, в Англии пообещали помочь, и теперь он ждал очередного вызова в Великобританию. Последние анализы подтвердили, что существует возможность новой операции.

Теперь он ездил на микроавтобусе, специально приспособленном для его инвалидной коляски, но один вид этой машины вызывал у него тихую ярость.

Через несколько дней из Лондона пришло подтверждение о том, что операция может состояться уже нынешней осенью.

В этот день Мартинес был более оживлен и радушен, чем все последние два года. Вечером он приехал домой в хорошем настроении и даже позволил себе выпить два бокала вина.

А еще через пару дней ему позвонил один из тех людей, чье мнение было для Мартинеса непререкаемым, и попросил принять некоего господина Хартмана. Мартинес согласился и принял гостя вечером в пятницу, когда тот приехал к нему в банк.

Хартман оказался любезным господином лет пятидесяти, он хотел уточнить некоторые финансовые вопросы, связанные с инвестиционной деятельностью известного голландского банка.

Мартинес охотно побеседовал с ним, пояснив, что положение банка достаточно устойчиво и Хартман может рискнуть своими миллионами, доверив их размещение этому голландскому банку. Беседа закончилась в восьмом часу вечера. Хартман уточнил, когда господин Мартинес поедет домой, и предложил встретиться вечером в ресторане. Мартинес, уже давно не ходивший в подобные места из-за своей инвалидности, согласился.