Евгений Бабушка не хотел сам себе признаваться, в чем дело, он оставил интригу даже для себя и просто уснул, продолжая глупо улыбаться.

Сон IVФранция, город Канны, май 1905 годаГостиница «Ройяль-отель»В мае в Каннах уже лето и солнце ласково светит в окно, давая понять, что все хорошо, что снова пришло лучшее время года и обязательно теперь все мечты и желания исполнятся. Именно так Савва ощущал лето, и именно так он трактовал цикличность природы. Осень – это уныние, зима – тяжелая депрессия, весна – надежда, и лето – точное утверждение, что все будет хорошо."

"Только что в номер, где он обосновался, заходила жена Зинаида и с надеждой спрашивала, как он себя чувствует. Глупая. Все, ей больше не стоит переживать, они снова сблизились, и голова у Саввы стала как никогда светла. Столько еще необходимо сделать, столько сил для этого надо, что сейчас только копить их в себе для дальнейшего броска. Денег он уже заработал множество, хватит и детям его, и его внукам, а коли будут работать и они, то и вовсе никогда его род в нужде жить не будет. Сейчас надо сделать что-то для матушки России, сделать так, чтоб не жил так скверно обычный люд. Иначе озлобится он, а ведь именно рабочие – главный двигатель России. Покуда власть этого не поймет, так и будем мы топтаться на месте. Или, и того хуже, придет к власти одержимый друг Марии, этот фанатик Ленин, а он Савве в последнее время совсем перестал нравиться. Слишком радикальные у него мысли. От благостной цели помочь рабочему народу он как-то быстро перешел к свержению всего, а это плохо, ой как плохо. Потому как за свержением всегда идет всплеск преступности и бедности, и страна надолго погрязнет в нищете и голоде. И плохо тогда будет всем, и пользы от этого не будет совершенно. Не свергать надо, а медленно перестраивать, вот тогда и не будет больных переходов.

В стране сейчас, в частности в Москве, чуть больше двух десятков богатых купеческих семей, причем семь из них носят фамилию Морозовы, потому именно им и надо направить Россию-матушку по правильному пути. И так ей в истории ее досталось с лихвой. Ведь самое главное в России – это люди, твердо знал Савва, а потому кадры на его производствах всегда были грамотнее и развитее других. Даже самых низших работников, проявивших смекалистость, он отправлял обучаться за свой счет, зная, что это принесет ему еще большую прибыль. Его отец верил в людей, дед гордился своими рабочими, и Савва продолжал это делать, зная, в чем успех их мануфактур.

Мужчина сел за рабочий стол у окна, захотелось записать мысли, что пришли по улучшению жизни и производительности на предприятии. Шелковая штора лениво металась от окна к нему, как бы говоря: «Посмотри, там море, там солнце, работа подождет».