Как только её пальцы вцепляются в края моих трусов, обжигая внезапными импульсами кожу, обхватываю тоненькие запястья руками и раздраженно цежу:

— Боксеры оставь.

Удивлённый взгляд врезается в моё нахмуренное лицо.

Черррт! Это какое-то дежавю, короткое вспыхнувшее воспоминание из прошлого, где полностью обнажённая Яна стоит передо мной на коленях, преданным взглядом смотрит снизу вверх, прямо в душу заглядывая…

Собственные пошлые фантазии, набирая обороты, сводят с ума. Не в силах притормозить, поддаюсь этому чертовому соблазну, прокручивая в памяти то, как её безупречные губы способны охренительно скользить по моему горячему…

— У тебя там за сутки отросло третье яйцо? — вдруг отрезвляет меня вопросом, смысл которого не сразу осознаю за тонким сарказмом. Проморгавшись, пытаюсь взглянуть на вещи под новым углом. — Перестань сопротивляться, Женя, — обводит глазами наливающийся желанием член и продолжает рассуждать точно также, как учитель у доски. — Мне, конечно, лестно быть Музой твоих эротических фантазий, но сегодня мы будем просто мыться. Ок? Вернее, ты будешь мыться, а я тебе помогать. Мне бы хотелось побыстрее… — не договаривает из-за судорожного вздоха.

Сам резко втягиваю воздух, заполняя им все лёгкие до отказа. Потому что разжав ладони, и неосознанно подчинившись каким-то внутренним инстинктам, упускаю момент, когда мои боксеры резво съезжают по бёдрам к пяткам, провоцируя звонкий шлепок члена о низ живота.

— Лучше подай мне костыль и не язви, дальше я сам! — стиснув челюсти, кое-как выбираюсь из штанов, затем из трусов, отшвыривая подальше от себя вещи.

Пора прекращать эту игру в кошки-мышки.

Не в том я расположении духа, чтобы думать, как насадить её ртом на каменный, болезненно пульсирующий ствол…

— Можешь опереться на меня, — добавляет Яна, выравниваясь в полный рост.

Мисс Невозмутимость, чтоб её!

— Я не сахарная. Не рассыплюсь.

— Ты носишь моего ребёнка, — осторожно напоминаю ей. — Впредь, будь, пожалуйста, мудрее.

— Спасибо за лестный комплимент. Учту.

Её лицо вплоть до кончиков ушей ту же покрывается алыми пятнами из-за подавленной злости.

— Яна, — хочется ругнуться, но вовремя сдерживаю себя. Ощутив невыносимую тяжесть в паху, пытаюсь прояснить нелепую ситуацию. — Скажи, ты этого добивалась?

Яна."

"— Чего добивалась? — строю из себя глупую дурочку с распахнутыми глазищами, а на самом деле хочется разрыдаться от счастья.

Боже, он всё ещё хочет меня! Не просто хочет, он вспыхивает желанием как спичка огнём.

Моё сердце бешено стучит от этого факта, а руки так и намереваются пуститься в пляс из-за волнения.

— Ты прекрасно понимаешь о чём я, — намекает о своём напряжённом «хозяйстве», находясь им в опасной близости с моим животом.