Эти нити прицепились тысячами маленьких паутинок к навалившемуся на него кошмару и сдернули его, словно старый занавес, а взамен тут же возникла другая реальность: светлая, радостная и абсолютно безопасная.

Он немного приоткрыл один глаз, огляделся по сторонам и сразу с сияющей улыбкой открыл второй — вокруг машины разливался мягкий солнечный свет, пробивающийся между кронами высоких корабельных сосен. Мимо Димки медленно проплывали их светло-коричневые стволы, уходящие в зеленовато-голубую высь. Это был совсем другой лес, уже ничем не напоминавший ту жуткую картину, которую он наблюдал за несколько мгновений до этого. Вот так-то лучше, подумал Димка и улыбнулся своему отражению в окне лимузина, мерно катящегося по широкой лесной дороге.

Пару минут спустя они выехали из соснового бора и машина вдруг резко затормозила. Димка с удивлением посмотрел на водителя, а потом повернулся к маме. Она уже проснулась и как-то странно смотрела на него. В её глазах крайнее изумление мешалось с растерянностью и замешательством.

— Фёдор, это ведь был сдвиг, причем довольно сильный, я всё правильно понимаю? — спросила она, не отрывая от Димки пристального взгляда.

— Да, ваше…

— Фёдор!

— Кхм… да, это был сдвиг сразу через несколько уровней. Очень быстрый сдвиг. Я едва успел отвернуть, чтобы не врезаться в сосну, появившуюся посреди дороги.

В машине воцарилось молчание. Светлана Николаевна продолжала удивлённо смотреть на Димку. Видно было, что она пытается совладать с собой, но это у неё плохо получается. Наконец, попробовав изобразить на лице некое подобие улыбки, она спросила:

— Милый, как ты это сделал?

Димка смотрел на неё в замешательстве. Ему снова показалось, что он совершил что-то плохое, и сейчас его начнут ругать.

— Я ничего не делал, мам, — умоляюще и немного испуганно промолвил Димка, — я просто отогнал то страшное лицо. Я всегда так делаю, когда мне снится кошмар.

— Милый, конечно же ты не сделал ничего плохого, — попыталась успокоить его мама, — но кто тебя этому научил?

— Никто меня не учил, — вдруг, насупившись, пробормотал Димка, — я просто делаю это, и всё. Оно само собой выходит.

Светлана Николаевна посмотрела на сына долгим задумчивым взглядом, потом мотнула головой, словно отгоняя непрошенные мысли, мягко улыбнулась ему и сказала:"

"— Дим, я же тебя не ругаю, просто совсем не ожидала, что ты на такое способен. Давай только договоримся, что ты пока никому не будешь про это рассказывать, хорошо? Это очень важно: никому, понимаешь? — в её голосе прозвучало беспокойство.

— Хорошо, мам. Я обещаю, — ответил озадаченный Димка.

— Ну вот и славно. — Светлана Николаевна повернулась к водителю.