То ли он уже успел замерзнуть, то ли тоже нервничал. По внешнему виду не определишь. Вполне возможно, и то и другое. Длинное пальто из габардина в темно-зеленый рубчик красиво облегало его стройную фигуру. Воротник был поднят до самого подбородка, закрывая часть его красивого лица и полностью – квадратный подбородок. Дот вдруг поймала себя на мысли, что ей нравится наблюдать за Солом вот так, незамеченной, смотреть, как он двигается, как отбрасывает волосы с лица, как зябко сплетает тонкие длинные пальцы обеих рук, чтобы хоть немного согреться в это холодное январское утро.

– А вы, как я посмотрю, уже совсем замерзли! – воскликнула она, подходя к нему ближе, и струйка пара вырвалась из ее рта. Дот тут же застегнула верхнюю пуговицу на своем кожаном плаще, поплотнее закутав горло.

– Еще как замерз! – обрадовался ее появлению Сол. – Мне нужно срочно купить ш-шарф! Хоть какой-нибудь!

Кажется, у него уже даже зубы стучат от холода.

– Никаких шарфов! – тут же отрезала Дот. – Надо закаляться! Приучать себя к холоду. Немного усилий, и вы вполне привыкните к нашему промозглому лондонскому климату.

И вообще… прогулки по холодной погоде бодрят. Выдувают из головы всякую дурь. Проветривают мозги, так сказать. Во всяком случае, один мой знакомый считал именно так. Он постоянно твердил мне об этом.

– Знаете что? Передайте этому своему одному знакомому, что я вовсе не желаю проветривать свои мозги таким драконовским способом.

– Я бы с удовольствием, но, к сожалению, его, точнее, ее, уже больше нет в живых.

– Вот как? Право же, мне очень, очень жаль! – На лице Сола моментально появилось скорбное выражение.

– Не стоит жалеть! Большую часть своей жизни она была всего лишь коровой.

Да и, по правде говоря, не очень-то она меня и жаловала.

Сол смущенно уставился на свои ноги, не зная, что сказать в ответ. Еще никто и никогда не говорил ему об усопших с такой раскованной чистосердечностью.

Дот посмотрела на него с улыбкой. Она еще не вполне привыкла к его южному говору. Все звуки он произносит в каком-то замедленном темпе, но при этом каждый звук приобретает особую звонкость. Так, вместо «т» слышится «д» и даже «тс» больше похож на «д». А голос у него – необыкновенный, такой глубокий, такой волнующий, просто мороз по спине пробегает.

Совершенно завораживающий голос. Он действует на нее гипнотически. Так бы слушала его и слушала часами.

– Ну что? Пошли? – Дот быстро засеменила по тротуару.

Сол попытался зашагать с ней в ногу.

– Да у вас словно пропеллер в одном месте, – пошутил он.

Дот глянула на него и снова улыбнулась. Никакого пропеллера, подумала она про себя. Просто она безумно счастлива. Счастье так и клокочет в ней, готовое вот-вот вырваться наружу.