‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Вике надо поесть! — внезапно сообщил Род, перебивая весь закрутившийся разговор, и абсолютно все с недоумением посмотрели на него, а затем на меня, и мне после этого ничего не оставалось, кроме того, как признаться:

— Я беременна! — сообщила я, и на какие-то секунды повисло молчание. Было очень интересно наблюдать за сменой эмоций на лицах моих мужей, поэтому я спешила разглядеть каждого и, добравшись до Дархора, ввела его своими словами в ступор: — Это твой ребенок! — призналась я, чтоб не было никаких заблуждений на этот счет. Мне показалось, что это будет честно по отношению к другим мужчинам.

— Вика! — радостно выдал он и, подскочив, подхватил меня на руки. — Я так рад услышать эти слова! Ты не представляешь, что это значит для меня!

К моему удивлению, то, что я сообщила кто отец, не повлияло на этот радостный момент, так как счастливы были все, будто бы это наш общий ребенок. Хотя… Если задуматься, так оно на самом деле и было, ведь если они любят меня, значит и ребенка тоже, не зависимо от того, чьим он является на самом деле.

После того, как все меня затискали, кроме Арсариуса конечно, потому что на его счет у меня были свои планы, мы пошли в столовую, ну или как тут называют, малый банкетный зал, где мужчины отмечали это прекрасное событие, ну а я просто ела, и радовалась тому, что все так хорошо складывается.

Мое внимание привлекли появившиеся коты, свернувшиеся клубочками возле большого камина. Судя по всему, и Белке было глубоко плевать на то, что она является хранительницей Димы. Не знаю, возможно, нам просто повезло повстречать именно таких риггелов, а возможно, они все такими и являются. Судить не могу, так как знакома лишь с двумя особями этого вида.

— Милая моя, — обнял меня сзади Мансур, — ты о чем задумалась?

— Да ни о чем особенном. Просто наблюдала за нашими ленивыми риггелами. — Махнула я в сторону разнежившихся больших кошек.

— Я только увидел твоего Алмаза, сразу понял, что защитник из него, мягко говоря, никакой! — обнимая меня за плечи, говорил он.

— Думаешь, я только сейчас это заметила? — ухмыльнулась я.

— Нет! Просто не понятно, откуда ты его взяла?

— Это подарок от бабули. — Призналась я и, заметив непонимающий взгляд, добавила: — Неужели тебе еще не все рассказали?

— Судя по всему не все… — задумчиво произнес он, будто бы заново изучая меня.

— Мансур, — начала я свой рассказ, — моя бабушка является богиней этого мира, и мама была богиней, правда в мире, где я жила, магии совершенно не было, и она умерла, не сумев спасти себя. — Заметив, что все притихли, вслушиваясь в мои слова.