Сможешь?

– Да.

– Тогда я все и расскажу. Если пропустишь время, не дозвонишься.

– А где вы сейчас?

– Лучше не спрашивай.

– Но вы сумеете добраться на место так быстро?

– Да. – Трэй помедлил. – Позвони мне, Этан. Я бы хотел еще поговорить с тобой.

– По рукам. – Один день особой роли не сыграет. Он как-нибудь выдержит. – Я позвоню.

– Вот и хорошо. – Трэй отключился, не попрощавшись, а Этан еще долго гипнотизировал трубку, прежде чем медленно повесить ее на место.

Автомат выплюнул обратно четыре монетки, и Этан поднял их и сунул в карман.

Он стоял внутри стеклянной будки и смотрел на тротуар. Во время разговора он словно отрубился, но теперь городской шум накрыл его волной – и он станет еще громче, когда все в городе проснутся.

Когда-то его это совсем не напрягало, хотя станет ли все как прежде после всего этого времени, он не знал. И все же сейчас ему нужно поесть, а завтра позвонить Трэю и узнать, что тот выяснил о Брэме, так что придется продержаться еще тридцать часов.

Трэй казался искренним. Даже думать не хотелось, что он может оказаться не на стороне Брэма.

~ * ~

Этан купил немного перекусить – пришлось оставить четвертаков на второй звонок. Он не знал, чем заняться, поэтому в середине дня понял, что направляется в пригород, к дому, где когда-то его ждали и, может быть, даже немного любили. Роберту уже сорок, и Этану было интересно, как прошли для него эти годы. Он надеялся, что у того все хорошо.

Идти отсюда было часа три, но по крайней мере будет чем убить время. Когда он оказался на нужной улице, уже темнело, и при мысли о том, что надо постучать в дверь, у Этана пересохло в горле.

Он решил подождать и осмотреться, чтобы понять, кто дома, пытаясь разобраться, живет ли Роберт тут вообще.

Понадобилось не так уж много времени, чтобы убедиться, что Роберт и правда до сих пор живет здесь. Но не один, а Этан сегодня был не готов встречаться с незнакомыми людьми. Он, конечно, радовался, что у Роберта есть любимый человек, ведь тот всегда был очень милым, но от одиночества его чуть не вывернуло наизнанку, и Этан не выдержал и сбежал.

Зубы выбивали дрожь, и вовсе не от холода. Похоже, оставаться кугуаром было мудрым решением, даже несмотря на то, что последние годы он руководствовался инстинктами, а совсем не здравым смыслом. Жажда человеческой близости истощала почти до боли. Если бы волки нашли его сейчас, все было бы кончено.

Но они не нашли, и если начистоту, вряд ли нападут на него посреди города. Волки, особенно стайные, избегали городов, они слишком зависели от лунных фаз и других волков. Кугуары, будучи по натуре одиночками, легче приспосабливались к здешним улицам, движению и людям. Этан не первый раз задумался, врал Даг или нет, когда говорил о другой кошке, которую якобы встречал.