— Не-не-не! — сразу протестую я. — Вы что-то путаете. Дракон мой. Никому я его не ловил. Ни Императору, ни сапожнику.

И в одночасье я перестаю быть «Хорошим другом Поднебесной». Лица ханьцев становятся злыми и разгневанными. У всех, кроме одного.

— Вот значит как, — Чжу смотрит на меня с непередаваемой обидой в глазах. Дескать, нормально же общались, обязательно тебе надо было всё портить? — Значит, ты отбрасываешь дружбу величайшего Императора?

— По-моему, дружба — это вовсе не та вещь, что покупается за ткацкую фабрику, — пожимаю плечами.

— Эта фабрика одевает весь мир, — Чжу хмурится, а потом с надеждой спрашивает: — Может, ты посмотришь баланс компании? Третья страница снизу в приложениях. Там еще отчет о дивидендах…

— Господин Чжу, мне без разницы. Род Вещих-Филиновых не покупается и точка, — я с нажимом толкаю документы по гладкому дубовому столу обратно к нему. — Золотой Дракон — часть родовой гвардии, а потому не продается. Давайте закроем этот вопрос. Вы хотели обсудить что-то еще?

— Да как ты смеешь! — вспыхивает молчавший до сих пор сановник, но Чжу останавливает его взмахом руки. Понятно, что устраивать сцены на глазах у всего мира — не самая лучшая идея.

— Нет, больше ничего, — холодным тоном сообщает Чжу. — Хорошего дня вам, господин Вещий-Филинов.

— Благодарю, — киваю. — Господин Чжу, желаю вам легкой дороги домой в Хань.

Наша сторона стола остается на местах до тех пор, пока ханьцы, собрав свои бумаги, не уходят. Гвардейцы, стоящие у дверей, моментально приводят себя в готовность и, следуя инструкциям, сопровождают дипломатов к выходу.

— Стоп! Снято! — восклицает Ольга, глаза ее сверкают азартным огнем. — Данила Степанович, спасибо! Вы мне только что сделали сенсацию!

— Не стоит благодарности. Вы ведь прекрасно знали, что я не мог отдать Дракона ни при каких обстоятельствах.

Она задумчиво кивает. Так и думал. Княжна в курсе про царский Солнечный Дар и его топливо, которым служит золотая драконья чешуя. И это неудивительно — в ее жилах тоже течет кровь Львовых.

— Так-то оно так, но у вас, и правда, железная выдержка, — произносит она, явно стараясь удержать улыбку. — Дядя ничуть не приукрасил.

— Простите, а какой именно дядя? Неужели сам Владислав Владимирович?

— Его Величество. — Ого, ну это на уровень выше Красного Влада.

— Ваше Высочество, может, вы желаете кофе или чаю? — Лакомка всегда заботится о гостях.

Княжна несколько секунд мнется, словно бы набираясь смелости.

— На самом деле я хотела вас попросить, Данила Степанович, — оборачивается ко мне. — Можно ли мне полетать на вашем Драконе?

— Да пожалуйста, — пожимаю плечами. Золотой всё равно сачкует, никакой работы у него нет, только разве что подрабатывать петухом по утрам, но это уже его добровольное занятие.