Там еще… кхм, до этого было регулярненько…

– О-о-о-ох, – подскакиваю на ноги, – Румянцев, беги! – рычу, возможно чуть громче, чем следовало. Потому что родители оглядываются на нас.

Миша хохочет, поднимая руки:

– Мила, помни о детях. Им нужен отец.

– Я тебя убью! – сжимаю и разжимаю кулаки.

Миша встает, огибает меня по дуге и пятится спиной вперед, все еще продолжая посмеиваться. А мне вот ни фигашеньки не смешно! Вот совсем. Ни капельки! Я ведь когда его проклинала, даже близко не могла предположить, кто станет той самой “плодовитой женой”.

– Родная…

– Миша.

– Моя смерть вопроса уже точно не решит. Просто напоминаю. А вот головняков прибавит. Наследство, похороны, компания. Оно тебе надо?

– Зато, поколотив тебя, я выпущу пар и мне точно станет чуточку легче!

– Ми-и-и-ла… – смеется муж, припуская от меня в сторону уборной.

– Я убью тебя, Румянцев! – рычу я, срываясь с места за ним следом.

С разбега заскакиваю мужу на спину, продолжая его то ли колотить, то ли кусать и щипать за все места, докуда мои длинные руки дотягиваются. Миша затаскивает нас в уборную, и последнее, что доносится нам вслед – смех родителей и испуганное от Натальи Федоровны:

– Дети, самолет не разнесите!

Не разнесем. А вот одному зарвавшемуся, хитрому, невыносимо шикарному Дикарю я точно устрою разнос! Такой, что и три дочки в доме покажутся ему сказкой!

Эпилог. Миша

Спустя три года…

– Сегодня Димка приезжает, – напоминает мне Мила.

Ловлю ее на ходу, притягивая к себе.

– Давай закажем доставку? М? – целую в висок и утыкаюсь носом в макушку, вдыхая запах ее волос.

– Ну ты что? Какая доставка? – возмущается моя любимая женщина. – Да еще и в деревне, – усмехается Мила.

Да! Да-да-да, мы выехали из столицы на недельку-другую в деревню, на ферму. Детям нужен чистый воздух, новые впечатления. Здесь этого хоть отбавляй.

– Ребенка нужно побаловать домашней едой, – улыбается моя фея.

– Этому ребенку уже двадцать. И кормить его домашней едой может и мать. А ты устанешь. А у меня на вечер планы на тебя, – шепчу ей на ушко.

– Ну, я не против вечера, Миша, – тянет Мила. – А что касается Димки, то он едет к нам, а не к ней, это что-то да значит, да? – поднимает голову и целует меня, пробежавшись пальчиками по бороде.

– Угу, – соглашаюсь я.

Димка и правда, почти все свое свободное время, которого не так уж и много, проводит с нами. А точнее, с сестрами. Я рад, что у наших детей взаимная любовь. Девчонки просто без ума от своего старшего брата.

Мы здесь уже несколько дней. Первый день меня не дергали. Размещались с семьей в доме, наводили с Милой порядок, развлекали детвору. Вчера же весь день провел на ферме. Милка отпустила и даже слова не сказала."

"Прибежавший Василий чуть не раскланялся, когда мы вышли всей оравой на улицу для прогулки.