Примерно до трех лет наши дети развиваются точно так же, как и человеческие, а потом их интеллектуальное и психоэмоциональное развитие останавливается примерно на полтора десятилетия. Представляешь, разумный с телом пятнадцати-шестнадцатилетнего подростка и мозгом трехлетнего ребенка?

— У людей подобное тоже встречается, но это считается аномалией, отклонением в развитии…

— Да, я знаю. К счастью, к семнадцати годам у аграфов происходит вторичный запуск в интеллектуальном и психоэмоциональном развитии, зато полностью останавливается развитие физиологическое. В итоге, только к двадцати пяти годам всё приходит в норму, выравнивается, но ненадолго.

Примерно в тридцать лет дальнейшее физиологическое развитие полностью останавливается.

— Это, конечно, все очень интересно, но я не понимаю, зачем вы мне это рассказываете. Поверьте, проблемы вашей расы не заставят меня стать подопытной крысой.

— Дети, дети с мозгом трехлетнего ребенка, они… они очень жестоки, они не ведают, что есть зло, а что есть добро. До совершеннолетия, то есть, до тридцати лет, доживает одна девочка из трех и трое из пяти мальчиков.

Вижу, что ты мне не веришь, но поверь, это именно так. Можешь считать, что это плоды нашей системы воспитания — выжить должен сильнейший. В некоторых Домах такое вот детское насилие даже поощряется… поощрялось. А теперь самое неприятное. Аграфки способны рожать в очень ограниченный период жизни, а именно от двадцати пяти до тридцати лет, то есть, только в период полного равновесия физиологического и интеллектуального развития.

— Я понимаю, то, что вы мне рассказали, это очень… неприятно… да. Но я-то тут причем?!

— Проблема в том, что в последние лет семьдесят-восемьдесят резко увеличилась смертность среди представителей нашей расы.

"

"— Да, я знаю, примерно каждый десятый при установке нейросети погибает, идет отторжение и все ваши технологии ничем помочь не могут.

— Это официальная, так сказать, статистика, но и она, согласитесь, очень и очень неприятная. Но в официальные сводки попадают только представители мужской части нашей расы. Так уж повелось, что наши девушки и женщины являются основным нашим богатством, величайшей ценностью. Согласен, что это плохо согласуется с тем, что я вам рассказал перед этим, но это наша жизнь, наши обычаи и наши правила.

Так вот, среди девушек смертность от отторжения нейросетей еще выше, порядка… тридцати процентов. Я уже не говорю об отторжении, тут цифры подходят к семидесяти процентам. Мы знаем, что и среди людей это явление наблюдается, более того, с каждым годом процент смертей и просто отторжений растет в геометрической прогрессии. Наши ученые уже давно поняли, что проблема не в разумных, точнее не только в них, а в нейросетях.