Умом-то она понимала необходимость присутствия в жизни Олега и Сони, и Лены, и Олеси, и Кати, но в душе ее кипела злоба. В конце концов браки брата с треском лопались, а Ирина хваталась за железный прут: ура, вот теперь можно наконец-то выплеснуть накопленную ярость, убить гадкую бабенку, тащившую ЕЁ Олега в койку. Подозрительно, когда у мужчины погибают жены, но грабители нападали на посторонних Ефремову дам, все Ире сходило с рук!

– Она шизофреничка! – закричала я.

– Диагноз пока не поставлен, – занудно уточнил Чеслав Янович, – но, говоря ненаучным языком, Ирина того, с большим приветом.

– Психопатка – это та, кто ест на обед вместо макарон гвозди, – взвилась Марта, – а Ефремова действовала изощренно и разумно. Убила столько людей и сумела замести следы!

– Если бы милиция поискала связь между жертвами грабителей и установила, что все они были женами Олега… – протянула я.

– Если бы да кабы… – перебил меня Коробков. – Не сделали, не заметили, не увидели. Да и трудно было заметить, грабили через большой промежуток времени, в разных районах.

– Значит, Ира убивала из ревности? – уточнила я. – Мстила женщинам за их отношения с Олегом?

– Да, – хором подтвердили присутствующие.

– Хотела иметь брата в безраздельном пользовании?

– Верно, – кивнул Гри.

– Но тогда где логика? Зачем Ире покушаться на жизнь обожаемого мужчины?

Чеслав Янович зябко поежился.

– С Катериной все вышло иначе. Во-первых, Олег познакомился со стриптизершей-проституткой сам, а не получил партнершу из рук сестры. Более того, он не собирался оповещать Иру о том, что покупает себе любовь. Олег боялся сестры, та имела над ним огромную власть, знала все его тайны. Вроде он и любил ее, жил с ней как с женой, а с другой стороны – ненавидел Иру, подсознательно мечтал от нее избавиться. Когда Олегу становилось совсем плохо, он снимал проститутку и рассказывал ей о Тигровне. «Ночные бабочки» привыкли ничему не удивляться, паспортов у клиентов они не спрашивают, настоящих имен не уточняют, поэтому Ефремов чувствовал себя в безопасности. После очередного похода налево жизнь начинала казаться ему сносной, а прессинг со стороны патологически ревнивой сестрицы не таким давящим.

Но Катя оказалась особой девушкой. Услыхав признание Олега, она спокойно заявила:

– Мы с тобой достойная пара. Я тоже убийца – грохнула отчима, который поволок меня в постель. Давно дело было, пять лет назад. Теперь вот по панели бегаю.

Проговорив с Катей всю ночь, Ефремов понял: вот та, которую он искал. И привез стриптизершу к себе. Представляете негодование Иры? Впервые брат проявил самостоятельность! Более того, он открыто заявил сестре:

– Мы останемся в хороших отношениях, но временно прервем общение. Катя считает, что нам лучше отдохнуть друг от друга.