Мне удается угомонить крохотного крикуна, он засыпает. Вся семья, все пассажиры самолета смотрят с благодарностью. И только Ильяс опять ёрничает.

- Мне понравилось, как ты его уболтала, может и мне сегодня поможешь уснуть? – его горячий шепот вызывает стайку мурашек на моей шее. - я могу покричать, для верности."

"Я отвечаю, что приду, если он покричит…А сама закусываю и без того припухшую губу – накануне Ильяс выторговал у меня один поцелуй.

Выторговал один, а получил… получил много, и никакая гигиеническая помада меня не спасает. И я стесняюсь, потому что мне кажется брат Илика, Тамерлан, что-то подозревает… Даже не подозревает – знает! И мне очень стыдно. Но…

Когда Ильяс просит меня поцеловать его я просто не могу сказать нет…

Улыбаюсь, и чувствую, как мою руку сжимает его горячая рука. И он снова шепчет мне на ухо:

- Так что, поможешь мне уснуть? – смотрит на меня и улыбается.

Мой Ильяс. Через четыре года снова мой. Наконец-то мой… Не верится, но…

И я его. Целиком и полностью. До донышка. Без остатка.

Так, что ком в горле и слезы на глазах. От счастья. И немного от боли. Потому, что столько времени мы потеряли…

- Что ты, Воробушек? – он обнимает меня, прижимая к себе осторожно, на его руках спит наш сын, - что?

- Ничего, просто думаю, как я тебя люблю…

Он смотрит серьезно. Молчит. Просто целует меня в лоб.

Мои губы снова зацелованы совершенно бессовестным образом.

Потому что ночью я не смогла сказать ему «нет». И снова да, да и да… Как тогда четыре года назад, когда он упал в своем номере, а я пыталась ему помочь. И в итоге тоже упала.

На этот раз все было совсем не так.

Этот хитрец хотел помыть меня в душе! Прямо в одежде! Но я оказалась умнее чем он когда-то. И могла видеть его глаза, когда скидывала с себя сарафан. И стягивала белье. И помогала ему расстегнуть рубашку, которая, на наше счастье, оказалась не на пуговицах, а на клепках…

- Надя… ты уверена?

Что я могу сказать? Что уверена в этом больше, чем в чем бы то ни было?

- Да, да…

Потом он поднимает меня, прижимая к прохладной стене душевой кабины.

- Всю тебя хочу… целиком…

И я тоже, любимый… я тоже!

А потом это невероятное слияние, кожа к коже, ДНК к ДНК, молекула к молекуле… Его так много во мне, вокруг меня, что я задыхаюсь от полноты и счастья.

- Я так мечтал, чтобы вот так… именно так…

Я знаю о чем он. Он уже говорил это. Стоять на ногах, и держать меня так. И смотреть.

Глаза в глаза.

Ореховые с золотом и серебристо-голубые. Сливаются в одно.

И мы двигаемся в такт наших сердец. Так медленно, что у меня начинают дрожать колени, потому что это именно так, как должно быть.