Мэдисон рассказала, что ее мать писала ей письма на протяжении всего своего пути борьбы с раком, дабы увековечить чувства к дочери после того, как ее самой не станет. Естественно, меня это заинтересовало. Я спросил Мэдисон, может ли она прислать мне копии этих писем по электронной почте. И она согласилась. Я провел много ночей, читая письма Айрис Голдблум к ее дочери. По моим ощущениям, она была прекрасной женщиной.

Я пытался написать много писем тебе, Джулиану, Кейт и Клементине. Но, по правде говоря, способность выражать свои чувства словами никогда не входила в список моих сильных сторон. Полагаю, я больше похож на человека, который показывает, а не рассказывает. До сегодняшнего дня. Я наконец-то нашел то, что стоит написать тебе. Нечто такое, что не будет казаться обыденным или совершенно скучным.

Сегодня я узнал, что твои отношения с Мэдисон – фикция. Что ты сделал это отчасти, чтобы утешить меня. Тот факт, что ты приложил столько усилий, дабы обеспечить мое душевное спокойствие, тронул мое сердце.

Я люблю тебя.

Я горжусь тобой.

Что касается твоей помолвки с Мэдди? Хотя, полагаю, ты думал, что это имеет непосредственное отношение ко мне и никак не связано с тобой, я знал, в тот день, когда увидел, как загорелись твои глаза в Хэмптонсе, стоило ей появиться на ужине, что она та самая.

Обращайся с ней хорошо. Заботься о своей матери. Защищай сестру. Помогай воспитывать племянницу."

"О, и постарайся не убить своего брата.

С любовью, папа

* * *Я засунул письмо отца в нагрудный карман, а затем затянул бабочку перед зеркалом в маленькой спальне с устаревшими желтыми обоями. Я отлично выглядел в черном костюме от Black & Co.

– Знаешь, что поражает меня больше всего? – спросил Грант рядом со мной, проводя рукой по волосам. Разумеется, мой шафер стремился хорошо выглядеть перед подружкой невесты, то есть Лайлой. Он все еще не смирился с тем, что его отвергли. Сомневаюсь, что такое понятие вообще присутствует в его лексиконе.

– Моя грешная красота? – язвительно поинтересовался я. И уголком глаза заметил, как Джулиан покачал головой, пригибаясь, чтобы поправить цветочную корону Клементины. Ей досталась роль нашей девочки с цветами, да еще какой. Мэд сшила платье специально для нее после долгих консультаций и суеты, которые позволили предположить, что именно Клементина будет произносить сегодня наши клятвы.

– Дураки, – пробормотал Джулиан с улыбкой. – Никогда не выходи замуж, Клемми.

– О, но я хочу, папочка. – Ее глаза расширились. – За Чейза.

Грант усмехнулся и снова повернулся ко мне.

– Меня поражает то, что Мэдди все равно решила выйти за тебя замуж, хотя ей известно, что ты наглый, высокомерный уб… – Грант собирался закончить свое предложение, но Козявка вскинула голову и выжидающе уставилась на него.