Я снова легла на кровать, увлекая его за собой. Он навис надо мной, его тело подрагивало от желания. Я согнула колени, принимая его, сжимая ладонями его бедра, пока он погружался в меня, дюйм за дюймом.

От боли перехватило дыхание.

– Я делаю тебе больно.

– Не останавливайся. Пожалуйста, не останавливайся.

Он медленно толкнулся глубже, и я почувствовала, как растягиваются мышцы, как что-то разрывается, принимает его целиком. Боль была резкой и грубой, но прекрасной одновременно, и быстро утихла.

– Господи, Ви, – прошептал он. – Я даже не представлял…

– Я тоже, – выдохнула я в ответ.

Мы уединились в собственной безопасной вселенной, разделяя этот опыт наедине друг с другом.

– Все хорошо? – осторожно спросила я. Неуверенно.

Он кивнул в изгибе моей шеи.

– Невероятно. Ты невероятная.

Мы снова поцеловались, теперь более раскованно. Я приспосабливалась к ощущению его внутри себя, тело привыкало к его размерам и твердости. Он медленно вышел, а затем толкнулся обратно. Снова и снова.

Я прикусила губу от ощущений, исчезающей боли и зарождающегося, пока слабого, удовольствия, обещавшего в следующий раз вспыхнуть ярче.

Медленные, осторожные толчки ускорились и становились все сильнее. Он двигался быстрее, постоянно целуя меня, держа мое лицо в ладонях и спрашивая, все ли со мной в порядке. Не позволял мне ни на минуту забыть, что он не терялся в собственном удовольствии, даже когда для слов не осталось места.

Я обхватила Миллера ногами за талию, пока он двигался внутри меня. Обняла его за шею, зарылась пальцами во влажные от пота волосы.

Он хрипло застонал, стиснув зубы.

– Ви…

– Кончай, – выдохнула я. – Кончи в меня.

Мои слова послали его за край.

Тело Миллера содрогнулось, лицо исказилось от острого удовольствия. Несколько последних, лихорадочных толчков, и он рухнул на меня."

"В уголках моих глаз собрались слезы и потекли по щекам, когда я обняла его, чувствуя, как вздымается его обнаженная грудь, пока мы пытались отдышаться. Я крепко цеплялась за него и за этот момент, за первый опыт обладания и отдачи себя ему. Он был моим. Всегда был моим с того дня, как мы встретились, а может быть, и раньше.

Взойдет солнце и заберет его у меня, но не те безумные мгновения и несколько часов после.

Они останутся со мной, и это прекрасно.

23

ВайолетЯ проснулась в объятиях Миллера, когда из окна заструился утренний свет. Тело сладко ныло. Я упивалась этим ощущением, желая сохранить как можно дольше. Он был внутри меня, и я все еще чувствовала его там. Мой первый.

«Мой единственный».

Закрыв глаза, я теснее прижалась спиной к его груди. Он обнимал меня одной рукой, и глубокое ровное дыхание согревало мне шею. Мной снова начал овладевать сон, но вдруг в куче нашей одежды на полу завибрировал мой телефон.