Наверное, он бы давно выгнал меня в три шеи, если бы не две причины: мой влиятельный папочка и да, я реально хорошо забиваю. Звание лучший игрок клуба в моем случае вполне заслуженно.

— Стоять, Беркут! — раздраженный голос капитана, словно сама молния, прилетает мне в спину. Я лениво поворачиваюсь, наблюдая, как Матвей мчит по мою душу на всех парах. Звук его тяжелых шагов разлетается эхом по пустому коридору.

Матвей у нас мистер правильность и идеальность. Никогда не опаздывает, не использует в лексиконе ругательств, не пьет всякую дрянь и скорее всего, ложиться спать под детские передачи. Не удивлюсь, если он девственник, который хранит себя для одной единственной. Одним словом капитан — моя полная противоположность.

— Беркутов, что это было? Какого черта? — С минуту мы смотрим друг другу глаза в глаза: в моих полное безразличие, в его желание придушить.

— Проспал.

— Да в смысле проспал? Мы проиграли!

— Расслабься, братишка, — я бью его по плечу, хотя мы далеко не друзья для таких жестов. — Это всего лишь игра.

— Это была важная игра, — он скидывает мою руку и грозно косится, так, словно я только что уничтожил единственное противоядие против вируса, который может убить человечество.

— Очередная важная игра.

— Боже! — вздыхает капитан.

— Не стоит, — ухмыляюсь я. — Ему до меня далеко. Слушай, Мот, прикрой меня перед тренером.

— Ты в конец офигел, Кирилл? — губы Матвея нервно дергаются, он переступает с ноги на ногу. — Я не собираюсь этого делать. Все! Хватит! Кино закончилось. Это была последняя капля.

— Да какая к чертям разница? — искренне не понимаю я. — Игра в трубе, теперь-то терять нечего."

"— А когда ты переживал о нас? Когда переживал о победах?

Я молчу. Он прав — никогда. Мне глубоко наплевать на команду и идиотские очки.

— Что ты хочешь от меня, Мот? — с моих губ срывается усталый вздох.

— Уважения к игре и команде, — он сверлит меня взглядом, который сравним с пулеметом. В моей груди могли бы остаться чёртовы дырки, будь у Матвея реальный пистолет.

— Давай так, — я скидываю с плеча спортивную сумку. — У меня ночью был отменный секс и да, он был круче игр, тебя и твоей команды. Прости, братишка.

— Ты просто дерьмо, Кирилл!

— Не спорю, — я пожимаю плечами и думаю, что было бы неплохо закурить или выпить стакан пива. Чувствую себя мальчишкой, которого отчитывает старший брат.

— Я не потерплю тебя в команде, понял? — он тычет пальцем в мою грудь, а мне хочется смеяться. Никто с детства никогда не смел, угрожать Кириллу Беркутову. Почему? А — Боялись. Б — Боялись. Я не умею прощать обидчиков, зато умею красиво мстить.

Наклоняюсь к Моту и выплевываю в его слащавую мордашку:

— Как?

— Неважно! — рычит он в ответ. В глазах будто вспыхивает огонь, который капитан пытается направить не в ту сторону.