— Вау! А я думал, там азиатская паста, — я подхожу к плите и заглядываю в сковородку.

— Слушай, Матвей, я хотела попросить тебя…

Ди не успевает договорить, так как мой телефон начинает звонить. На экране высвечивается фотография отца. С губ слетает вздох, и я с неохотой принимаю вызов.

— Я звонил тебе несколько часов назад, — суровый, сухой голос лишенный каких-либо эмоций звучит на том конце. Конечно, кто бы сомневался.

— У меня была тренировка, мы отрабатываем сл…

— Матвей, я уже сотню раз повторял — футбол это не твое будущее. Ты обязан уделять внимание фирме и появляться чаще здесь, а не на поле, пиная мяч. Он не прокормит тебя в будущем.

Сжимаю гаджет пальцами, отчего раздается треск. В такие минуты, я ненавижу отца и нашу семью. Право на достижение цели всей жизни? Нет, у нас не слышали о таком.

— Завтра жду тебя в офисе и будь добр надеть костюм, вместо футбольной формы.

Мое согласие папе не нужно, он сбрасывает вызов, оставляя в моей груди дыру, размером с Мариинскую впадину. Ему плевать, что футбол — все о чем я мечтаю с того момента, как впервые коснулся мяча и почувствовал аромат скошенной травы на футбольном поле.

Еще мальчишкой, я представлял себя кем-то вроде будущего Пеле, который однажды зажжет сердца многих своей игрой. Правда, в моем случае, таланта не хватило, и я заменял насколько мог отсутствие данных бесконечными тренировками. В такие мгновения ненависть к Беркуту становилась особенно ядовитой, у этого прожигателя жизни есть в руках то, чего у меня никогда не будет: врождённые данные.

Откидываю телефон на гранитную столешницу и сжимаю ее край пальцами. Обязанности, долг, имидж, статус — вот краткое описание наших взаимоотношений с отцом. Его маниакальная способность контролировать каждого человека в поле своего зрения сводит с ума. Сначала он сделал из нашей матери свою тень, теперь взялся за нас с Ди. И если я в какой-то степени могу дать ему отпор, то сестра с каждым разом становится, все больше похожа на мать. Безликой.

— Знаешь, мне кажется, мы могли бы прямо сейчас отправиться в корейский ресторанчик, чтобы ты мог искупить свою вину передо мной, — Диана подходит и прислоняется лбом к моему плечу."

"Усмехнувшись себе под нос, поворачиваю голову. Мы оба выросли под гнетом тирании собственного родителя, но плюс в том, что даже в таких ситуациях мы всегда рядом.

— Мою вину?

Она энергично кивает.

— Представь, ты, я, токпокки. Что может быть лучше?

Хохотнув, обнимаю сестру за плечи и прижимаю к себе.

— Просто скажи, что не хочешь платить, — подкалываю я.