Разглядывать черты, касаться пальцами легкой небритости на подбородке.

— Кайф, — честно говорю я. — Я просто в какой-то нереально волшебной сказке. Нет ни погонь, ни волнений, ни смертей. Мы можем проводить время как нормальные люди. Точнее, даже лучше, чем нормальные. Кто еще из моих знакомых девчонок мог бы похвастаться тем, что летит на частном самолете в Италию с самым лучшим мужчиной на свете? И слышит он него такие слова, какие говоришь мне ты. Просто голова кругом.

Пока я выпаливаю свою тираду, Демид слушает, лаская взглядом мои губы, а как только заканчиваю, снова подается ко мне и мы неспешно, словно изучая друг друга заново, волнующе и очень эротично целуемся.

Между ног сейчас же разливается тягучая огненная лава, и мне немного стыдно оттого, что столь дикое желание настигает меня в самолете, хоть мы здесь абсолютно одни. Стюардесса, сопровождающая рейс, только вначале осведомилась, не нужно ли нам чего-нибудь, принесла воды, бросив заинтересованный взгляд на Демида, и сразу испарилась, больше не показываясь на глаза.

И все равно, наверное, это не совсем правильно…

А Демид уже слегка поглаживает мою грудь, вызывая спазмы удовольствия даже через корсет платья.

— Демид, мы же не можем… — рвано выдыхаю я, — когда его ладонь забирается под подол платья и неспешно, но уверенно скользит вверх по моему бедру.

— Тебе решать, — отвечает он, доходя до кромки моих трусиков и слегка подцепляя их. На этом останавливается, что дает мне возможность и дальше формулировать свои мысли.

— Я… не знаю… может сложиться впечатление, что нас связывает только секс. Но это ведь не так…

Он едва заметно усмехается.

— Это определенно не так. Мне по кайфу не только заниматься с тобой сексом, еще и дразнить.

— Демид! Ты бываешь хоть когда-нибудь серьезен?

— Всегда. И сейчас мне на полном серьезе хочется…

— Демид!

— Потрогать тебя немного. Ты можешь оттолкнуть, а можешь закрыть глаза, расслабиться и просто получить удовольствие. Поверь, тебе понравится все, что моя рука сделает с тобой.

— Демид… я…

От его слов голова снова кружится, тело превращается в мягкий податливый пластилин. Тяжело устоять, как же тяжело… да и стоит ли… Когда еще… мне будет настолько хорошо…

— Продолжай, — шепчу я одними губами и, как он советовал, просто закрываю глаза, полностью отдаваясь во власть его чертовски умелых прикосновений, в какие-то считанные секунды доводящих до дикого, иступленного умопомешательства.

Когда самолет начинает идти на снижение, Демид поправляет на мне слегка задравшееся платье и пересаживает обратно на свое место. И очень вовремя, потому что к нам заглядывает стюардесса с объявлением, что полет подходит к завершению.