И в это же время дружинники из Гатчины за два-три дня — судя по тому, насколько часто мотался туда-сюда грузовик — добыли еще чуть ли не полдюжины… или одного большого.

Вряд ли все это было совпадением, но на дальнейшие размышления меня пока не хватало. Для начала не помешало бы вернуться в Гром-камень, услышать о себе много хорошего от дяди — и потом уже запереться в отцовском кабинете и там, в тишине, поводить пальцем по карте. А может, даже спуститься в подземелье к алтарю и попробовать забраться хотя бы на пару километров за заимку.

— А с этими, — Жихарь кивнул в сторону Седого и сыновей, которые как раз заканчивали скакать вокруг грузовика, — что делать?

— Что делать… накормить для начала надо.

Особенно самого здорового. — Я взглянул на Василия. — А там разберемся.

* * *— Игорь… Мать милосердная, ну что ты такое творишь? Хочешь, чтобы я весь поседел⁈

— Ты и так седой, — усмехнулся я, усаживаясь на край стола.

— Значит, буду еще и лысый! — Дядя отер пот со лба тыльной стороной ладони, зачем-то взглянул на запертую дверь кабинета и продолжил уже тише. — Да уж, навел ты там шороху… А если Зубовы прямо сюда заявятся грузовик свой искать?"

"— Не заявятся.

Опять графа какого-нибудь отправят, или еще кого. А может, и не отправят. — Я на мгновение задумался, вспоминая, какие схемы люди его сиятельства Николая Платоновича прокручивали в форте, скупая за полцены добычу вольников. — Им сейчас лишнее внимание не нужно. Искать будут, но своими силами и потихоньку. Пошлют в Отрадное пару человек, или сюда втихую заглянут — и все. Тут у нас смотреть не на что, а Тайга большая — пусть сколько угодно рыщут.

— Я тоже так думаю, — подала голос Полина.

— Если Зубовы сами нарушают закон, нам бояться нечего. Тем более, Игоря никто и не видел толком.

На этот раз мы собрались втроем. У бабушки хватало своих забот, Кате в силу возраста думать обо всех этих делах пока не полагалось, однако Полина решила поучаствовать в беседе. А может, просто опасалась, что дядя сожрет меня живьем.

А он явно был не против — я отсутствовал сутки с лишним. И потом заявился домой с тремя искателями и историей, от которой глаза дорогих родственников то ли дело становились размером с пятирублевый золотой империал.

— Видел, не видел — какая уж теперь разница? — Дядя снова нахмурился, но спорить не стал. — Надо все это добро как-то через Таежный приказ провести… Как ты за кресбулат отчитываться думаешь?

— Да никак. Я бы его сдавать не спешил, — отозвался я. — Больно приметные детали. Для начала золото и мелочевку скинем.

— Частями, — подсказала Полина. — Что-то в Тосну, а что-то в Орешек отвезти можно. И в разные дни. Тогда проскочим. У них когда маленькая сумма идет, даже не записывают отдельно в бумаги — кучей считают.