– У меня надежная железная дверь!

Прошла босиком в кухню, включила чайник, прижала трубку с неугомонным мужниным голосом внутри плечом к уху, доставая кофе и турку, – еще надо поработать, а спать уже хочется, вошла во вкус здорового сна за полгода-то!

– Ты что, сменила замки?! – потрясенным возмущением полушепотом вопрошал Юрик, не поверив в такую возможность.

– Ну конечно, сменила! А то мало ли кто может прийти!

Новость была трудно перевариваемой для нежного организма российского чиновника.

– Это безумие! – выдавил ударник бюрократического труда. – Что с тобой произошло, Мария? У тебя стресс, или ты так обиделась, или что-то случилось там, в Америке?

«Со мной случилась Liberty по кличке Свобода!»

И, опьяненная этим вирусом, Машка доброжелательно посоветовала Юрику:

– Ты возьми ключи у мамы или у кого ты там сейчас живешь.

– У тебя точно что-то произошло с психикой! – медленно приходил в себя Юрий Всеволодович.

– Коллапс? – предположила, балбесничая, Машка.

– Мария! – тоном ставящего диагноз врача постановил Юрий. – Ты не отдаешь отчет своим действиям! У тебя расшатались нервы!

Машке надоело! Сколько можно-то?!

– Юр, притормози! – жестко, с нажимом остановила она его.

 – Не советую двигаться мыслью в данном направлении. У меня имеются справки, заверенные российскими и американскими врачами, о полной моей вменяемости и психической нормальности! Они, знаешь, американцы-то, весьма в этих вопросах щепетильны. Это я на тот случай тебе говорю, если вдруг ты решишь, что можно меня и в дурдом пристроить для дальнейшего твоего комфорта и благолепия! Привыкай и осваивай мысль, что мы разведены. Все! Меня больше нет в твоей жизни!

– Что ты такое говоришь! – возроптал страдалец.

 – Я…

– Юра! – перебила Машка. – Пошел в жопу!

И отключила трубку.

Утром ее сон прервали колокольчатые трели звонка в дверь. Разбуженная, еще не перестроившаяся во временных режимах, Машка сползла с кровати, кое-как разлепив глаза по дороге к двери, и окончательно проснулась, посмотрев в глазок.

Прибыла тяжелая артиллерия в лице свекрови.

«Как это я про нее забыла?» – подивилась Машка и открыла дверь.

Владлена Александровна окинула критическим взором невестку с ног до головы. Похоже, босоногая Машка в коротенькой шелковой ночнушке с помятым лицом и буйной взлохмаченной гривой волос ей не понравилась.

– Десять часов утра, Мария! Ты что, спала?

«Нет, блин, гусей пасла у стен дворца в соответствии с призванием!» – раздражилась влет Машка."

"Владлена Александровна царским указующим жестом руки отодвинула с порога невестку-пастушку и вплыла в прихожую. Брильянтово-шелковая, каблучно-голенастая, пластико-хирургически стройная, безморщинная, причесочно-уложенная, и все это в десять непастушкиных часов утра.