Я каждую ночь ждала, когда он приедет, но первый раз решилась идти к нему сама. Умылась холодной водой, чуть пощипала щеки — слишком бледная, и пошла. Коридоры большого дома тёмные, только местами лампы, стилизованные под старину. Я шагаю, и ноги босые вязнут в дорогом ковре. Иду и репетирую, что ему скажу. Спрошу, в чем причина такого его поведения. Считает ли он меня падшей. Любит ли Лику…

Я уже знала, где его кабинет, ходить по дому мне разрешали, поэтому дошла быстро. У дверей замерла, а потом слегка потянула на себя створку. И поняла - он там не один. Опечалилась, ведь это говорило о том, что сегодня у меня ничего сказать не получится, а прийти второй раз храбрости не хватит. Прислушалась - Шерхан очень груб, выражений не выбирает. Порадовалась, что бабушка не знает, что такой вот мужчина-тигр мне ночами снится.

— Твою мать, - сокрушался парень, его Анвар зовут. – Да этим оружием можно было целый город зачистить. Тысяча отборных калашей!

Калачей, немедленно решила я, просто неправильно сказал. А калачи, это хорошо, кто их не любит? И может они просто в кино ходили, и сейчас обсуждают фильм, я знаю, что мужчинам нравятся фильмы-стрелялки.

— Хорош ныть, - грубо одернул Шерхан. — Наше дело груз найти. Несколько дней сроку осталось. А потом я выделю ящик патронов, и заставлю ложкой их жрать и крысу, и тех, кому он помогал. Чтобы срали кровью и рыдали, и только потом убью.

Меня передернуло. Это жёстко даже для фильма, и с каждой секундой в это верится все слабее. Ещё сильнее тяну дверь на себя, со страху не дыша. Заглядываю. Шерхан сидит в своём рабочем кресле, ноги на стол закинул. Такой красивый, неожиданно для себя думаю я. Анвар стоит рядом, с видом нашкодившего школьника. На столе виски, который, впрочем, никто не пьёт, два бокала. Но это — не главное. Там автомат лежит. Самый настоящий, даже такое наивное создание, как я, знает, что такое автомат. И рядом россыпь патронов. Я представила, как Шерхан кого-то заставляет их есть и содрогнулась. Отшатнулась назад.

Как я могла сидеть здесь, и ждать, когда он соизволит предложить мне руку и сердце, если он…дьявол? Господи…сердце колотится, как бешеное. Сначала иду, как можно тише, чтобы не услышали, потом бегу.

Я не могу здесь оставаться. Мне нужно бежать. В своей комнате надеваю то самое пальто, оно уже не первый побег со мной. Обуваюсь. Тихонько спускаюсь на первый этаж. Схема привычная – надо открыть любое окно, вылезти в него и бежать. Только куда бежать, чтобы спрятаться и от дяди, и от Шерхана, я не знаю."

"Не учла я только одного:  Шерхан — это вам не дядя. Это сильный и умный мужчина. Тигр. И только отбежав от дома, обернулась, его увидела. Вскрикнула, побежала быстрее, да толку… нагнал в несколько шагов, поймал, повалил в снег. Тот мокрый – весна вошла в силу.