— Слава Богу. Проснулась, моя девочка, — она быстро подходит ко мне.

Эльза посмотрела на датчики и перевела взгляд на меня.

— Ну здравствуй, моя хорошая, — тихо проговорила она, поглаживая мой лоб. — Как ты?

— Дышать тяжело, голова ватная, — произнесла я, уже узнавая свой голос, и спросила: — Кто-то пострадал в аварии? Как отец?

— Отец в норме, — улыбнулась она. — Доктор Митчелл следит за его сердцем. Он у тебя молодец. Не раскисал. Он сейчас подойдет. Я его отправила пообедать в наш кафетерий, — и она кивнула на куртку.

— Кто-то пострадал в аварии? — повторила я. — Я помню удар сзади и потом удар в бок.

— Ты больше всех. Сильно пострадавших нет. Двое водителей и один пассажир. Все живы-здоровы. Страховая уже занимается урегулированием всех вопросов. Тебе не о чем беспокоиться.

Я облегченно выдохнула и бросила взгляд на приборы.

— Что со мной? Только правду…

— Сотрясение, перелом руки и левых ребер, контузия легких, гемоторакс, лежала под аппаратом искусственного дыхания два дня. Но все образуется. Благодаря подушкам безопасности можно сказать, легко отделалась.

Я кивнула, понимая, почему мне было тяжело дышать.

— Я помню кровь…

— Носом пошла. После подушки безопасности.

— Я рада, что все обошлось, — выдохнула я и, бросив взгляд на знакомый пейзаж за окном, спросила:

— Меня привезли в вашу больницу?

— Нет. Перевезли.

Я кивнула, вспоминая и этот эпизод.

— Как меня нашли?

— Макс. Как приземлился, сразу позвонил тебе, ему ответил парамедик. Хорошо, сотовый не пострадал. Хотя, лучше бы наоборот… — покачала головой Эльза.

Я нахмурилась, понимая, что Максу и Эльзе пришлось перенести из-за меня, и вновь посмотрела на нее. Пусть было и больно, но мне нужно было это сказать. И сказать сейчас, а не потом. Так было честно. По отношению к Ним, по отношению ко всем.

— Я… — слова давались с трудом, но я аккуратно вдохнула и сказала: — Эльза. Я не поеду в Лондон.

Эльза опустила глаза, но я не увидела на ее лице удивления.

— Я что-то такое и ожидала… — наконец произнесла она.

— Эта авария… знак… остановиться.

— Я тоже так думаю, — подняла она на меня грустный взгляд.

— Вы на меня не сердитесь?

— За что? — удивилась она, поправляя мое одеяло.

— Мне не надо было вообще ехать в Лондон и давать надежду Максу.

— Ты хотела идти вперед. Я видела в твоих глазах решительность и желание быть счастливой. Желание сделать счастливым моего сына… — вздохнула она и добавила: — Но мы лишь предполагаем. Жизнь всё расставляет по своим местам. Иногда жестоко.

— Мне нужно поговорить с Максом…

— Он сейчас в городе, скоро должен приехать.

— Хорошо, — кивнула я.

— Только недолго. Тебе нужно отдыхать, — тихо произнесла Эльза, когда в комнату зашел отец.