На улице уже окончательно стемнело, и я, прислонившись головой к стеклу, наблюдаю за тем, как мимо проносятся яркие огни фонарей и зданий.

Адреналин потихоньку отпускает, и меня снова накатывает чувство безысходности. Мир несправедлив. И выхода из сложившейся у меня ситуации я не вижу. За что? Я просто не понимаю…

Даже не спрашиваю, куда мы едем. Какой смысл? Если удастся сбежать, то перспективка тоже так себе, а мне хочется быть уверенной в завтрашнем дне.

Едем мы довольно долго, по моим ощущениям. И в итоге оказываемся где-то на окраине, среди недавно отстроенных многоэтажек.

Поблизости еще виднеются строительные леса и высокие подъемные краны.

Интересно, здесь что? Еще одна чужая квартира?

Быть может, нам вообще не угрожает никакая опасность, а защищаться нужно от нас самих? И мы обычные грабители.

У меня нет сил на сопротивление. Я безропотно плетусь за Гордеем к одному из подъездов. Он честно заплатил таксисту, а потом сразу, целенаправленно, пошел именно к этому дому.

Бандит звонит в домофон, набирая номер квартиры. Так, ну здесь у него хотя бы ключей нет.

– Кто? – по ту сторону слышится приятный женский голосок.

– Это я, открывай, – произносит Гордей, не называя своего имени.

Судя по тому, что дверь все равно противно пищит, позволяя нам пройти в подъезд, хозяйке квартиры его голос отлично известен.

Мы поднимаемся на двадцатый этаж, где нас с распахнутой дверью уже ждут."

"Это девушка. Довольно молодая, как я и думала. На ней прозрачный черный халатик, который вообще ничего не скрывает. Вот совсем. Там, под ним, только микроскопические трусики. Больше ничего. Ну, хоть на этом спасибо!

Ее аккуратные стоячие соски отлично видно не только мне, но и Гордею.

Меня от стыда заливает краской. Чувствую, как уши теперь предательски горят. Стыд-то какой!

Сама не понимаю, почему волнуюсь, но вдруг появляется какое-то нехорошее предчувствие. Оно пульсирует в груди, делая меня невероятно тревожной.

– За двоих двойная плата, – скептически осматривая меня с ног до головы, произносит девчонка, даже без «Здрасти».

– У меня к тебе дело, – Гордей будто бы не обращает внимания на то, что она сейчас сказала.

А вот я очень даже обращаю. К моему стыду и волнению добавляется еще брезгливость. В общем, мне по всем фронтам не по себе.

Думала, нет дна ниже того, куда я уже опустилась, но, похоже, ошиблась – есть.

Девчонка выгибает бровь.

– Можешь приютить ее до завтра? – кивает в мою сторону.

Хозяйка снова окидывает меня оценивающим взглядом, но быстро возвращается к разговору.

– У меня, вообще-то, работа, Соколов. Ты границы то видь!

– Ну, давай, крошка, помоги… – от голоса Гордея мне становится противно. Сейчас он звучит слишком сексуально. И между этими двумя точно что-то было. – Я заплачу. Сколько скажешь.