— Ненавижу вас!

— Уверены?

— Терпеть не могу!

— Оу…

— Органически не перевариваю!

— Ах, я убит…, - и театрально прижал руку к сердцу, чем еще сильнее вывел меня из себя.

— Ба! Он меня саботировал на побег! — выложила я главный козырь и тут же ошарашенно уставилась на свою престарелую родственницу, — Ба, а ты чего это улыбаешься?"

"— Я? Да Господь с тобой, внученька! Это просто нервный тик от твоего непростительного поведения. Не иначе, как твой этот безобразный Сергей на тебя дурно влияет. Все, никаких больше с ним свиданий. Табу! А вам, Роман, спасибо, надеюсь, что и дальше не подведете.

И на этих словах развернулась, и пошагала в дом, волоча меня за собой, как нерадивого ребенка. А я только грозила кулаком Бороде Романовичу и впадала в состояние тихой ярости.

Обставил меня, фантазер мелкокалиберный! Ну ничего-ничего, я еще ему устрою мать Кузьмы!

— Ба…

— Замолчи!

— Бабушка! Вот скажи мне, ты ничего не перепутала? — все-таки выдернула я свою руку из ее железной хватки.

— А ты?

— Вот это вопрос! Между прочим, это не я верю на слово совершенно постороннему человеку. Я — твоя внучка, а ты взяла и задвинула меня на полку! При этом…этом…

— Романе?

— Мягко скажем! И ты при нем меня фактически выставила лгуньей! Сергей вел себя учтиво, вот тебе мое слово!

— Ага, а потом этот Сергей точно так же учтиво и изменять тебе начнет.

И скрылась с глаз долой. А я окунулась в бешенство. И в ярость! И вообще!!!

Бушевала долго, обстоятельно. Даже порывалась пойти во флигель к этому небритому негодяю и высказать ему все. И в конце концов пошла, да только оказалось, что Роман уехал и будет отсутствовать аж до понедельника.

Как до понедельника? А я?

И это обстоятельство выбесило меня еще сильнее. Потому что, как же? Я тут вся из себя приготовилась с ним ругаться долго и упорно, а он в кусты. Ну кто так делает?

Все воскресенье промаялась от безделья. Готовка не в счет. Чтение и прогулки тоже. Только к вечеру я все чаще зависала у окна, пытаясь поймать тот момент, когда Борода Романович появится. Меня даже не волновал тот факт, что мама моя на длинные февральские выходные так и не приехала, хотя и обещала.

Но водитель в этот вечер так и не явился, а я ушла спать не солоно хлебавши, да и то только после того, как меня огорошила бабушка, которая видимо просекла причину моего дежурства у окна.

— Не приедет он сегодня, Сонька.

— Почему? — и внутренности мои неожиданно свернулись в тугой узел.

— В Москву улетел.

— А-а?

— Утром будет, иди спать.

И только тут я спохватилась, выдавая манерно и спесиво:

— Ну во-о-от, а я тут топор наточила. Думала, приедет — а я ему голову с плеч.

— И чего он тебе так не нравится? Хороший…хорошенький, — и улыбнулась, а я закатила глаза.