— Я не встану между этой женщиной и ее тыквенным пирогом со специями, если у меня есть бронежилет, аптечка и новая пара кроссовок.

— Ты преувеличиваешь."

"— Я бы хотел. — Он приподнимает мои волосы, проводя губами по затылку. — Она целый час разглагольствовала о пряничной корочке. Я был в нескольких секундах от того, чтобы устроить национальную чрезвычайную ситуацию, просто чтобы прервать трансляцию.

Я выпячиваю нижнюю губу.

— Бедный малыш.

— Тебе стоит поцеловать его получше.

Без предупреждения он поворачивает меня лицом к себе и впивается в мои губы своими, пропуская пальцы сквозь мои спутанные волосы. Его язык вырывается наружу, побуждая меня открыть рот и прижаться к нему. Дрожь пробегает по позвоночнику.

Поцелуй мягкий, а его щетина жесткая, и я не хочу ничего, кроме как раствориться в нем. У него вкус ванили, коричневого сахара и мой. Ощущение его присутствия на мне проникает глубоко в мои кости. Это как первый глоток горячего шоколада в снежную ночь.

Я не могу не думать, что именно здесь мое место.

— Если вы двое собираетесь трахаться на моей территории, то хотя бы расстелите одеяло, чтобы впитать жидкость. — Это говорит Себ, спрятавшийся в одной из своих многочисленных комнат. — Здесь нет уборщицы.

Олли отступает на достаточное расстояние, чтобы крикнуть:

— Разберись со своим хозяином. О, подожди. Это я. Просьба отклонена.

Я стараюсь не хихикать, чувствуя, как пылают мои щеки.

— И тебе привет, Себ.

— Привет, БР. — Себ высовывает голову и приветствует меня. — Я бы сказал, что скучал по тебе, но мои предложения Netflix наконец-то пришли в норму.

Моя челюсть падает.

— Это мой аккаунт.

Он пожимает плечами и, не говоря больше ни слова, ныряет обратно в свою комнату. О Себе до сих пор никто не знает. На самом деле, он согласился устроить здесь ужин только при условии, что мы компенсируем ему остатки еды и гребной снаряд за 70 тысяч долларов.

Олли целует кончик моего носа.

— Мы могли бы по-быстрому перепихнуться на парковке аэропорта, если бы ты позволила мне забрать тебя.

— Охрана аэропорта быстро превратила бы это в тюремную ролевую игру.

— Напомни мне еще раз, почему ты летаешь коммерческими рейсами? — Он прижимается лбом к моему. — Ах, да. Белые медведи.

Сейчас я делю свое время между Потомаком и Лос-Анджелесом почти 50/50, а Оливер ездит за мной туда-сюда почти каждую неделю. Однажды я даже уговорила его лететь коммерческим рейсом, который он описал как полное посягательство на его личное пространство и достоинство.

— Ах, да. — Олли достает из заднего кармана голубую розу, заправляет ее в волосы и подводит меня к стопке коробок. — Выбирай свой яд.

Оказывается, коробки, на которые я наткнулась в коридоре, ведущем в крыло Себастьяна, - это не проблема Оливера с накопительством.