В ее наряде было меньше ткани, чем в салфетке. Тусовщица - вот ее характер. И второе - я понятия не имел, какое отношение Хэмптон имеет к частоте приставаний к ней людей, но меня это не волновало настолько, чтобы спрашивать.

Я завел двигатель достаточно громко, чтобы разозлить Ромео, в чьем доме в данный момент проживала Фрэнки.

— Заманчиво, но я бы предпочел съесть собственную селезенку.

— Почему бы и нет? — Она невозмутимо потянула розовую жвачку. — Я - горячий товар.

— Ты же знаешь, я не появляюсь на публике с одной и той же женщиной больше одного раза. Люди могут неправильно понять и подумать, что я подумываю о моногамии, Фрэнклин. Я трахальщик, а не мошенник.

— Технически, ты трахальщик. — Фрэнки хихикнула. —Все эти холостяцкие замашки устаревают, как только тебе стукнет тридцать.

Я выехал из нашего района, пока она освобождала компактное зеркальце из своей Birkin - подарок сестры, сделанный в отместку за шопинг.

— Дело не в том, что я старый... а в том, что ты едва родилась.

Она нанесла еще один слой блеска для губ.

— Я думала, мужчинам нравятся молодые женщины?

— Мое правило таково: я готов приучить к горшку только того, кто вылез из моих яиц. — Я не добавил, что никогда не стану отцом, так что это не проблема.

— Да ладно. Мы даже никогда не встречались.Девчонка думала, что БДСМ означает «Плохие решения и трата денег».

— Люди этого не знают. — Я перекинул запястье через руль, не отрывая взгляда от дороги. — Все они знают, что ты была завоевателем. Я достаточно упорно преследовал тебя.

— А потом я сказала «да». — Она захлопнула маленькое зеркальце и с разочарованным стоном подняла руки вверх. — А ты сказал «нет». Почему?

— Избавил тебя от разбитого сердца.

Фрэнки фыркнула.

— Да ладно. Если бы кому-то из нас разбили сердце, то это был бы ты.

Конечно, это невозможно. Мое сердце было по ту сторону пруда, в Европе, с девушкой, которую я не видел с девятнадцати лет. Время не притупило этот факт. Как и поток женщин, которые входили и выходили из моей спальни на протяжении многих лет.

Но Фрэнклин Таунсенд - юная, голубоглазая сестра жены Ромео - никогда не будет в моем меню. Погоня за ней приносила мне пользу по той же причине, что и притворство тупицей, - она сбивала людей с толку. Это заставляло их верить, что я поверхностное, извращенное существо с нулевыми угрызениями совести. Самый старый трюк в книге.

— Да ладно, Олли. Ты меня зацепил. Самое меньшее, что ты можешь сделать, - это стать моим спутником на одну ночь. — Она растянулась на своем сиденье, глядя на меня с распахнутыми глазами, явно не привыкшая к отказам. — После этого ты можешь публично меня бросить. — Она подмигнула. — Я всегда хотела, чтобы мое имя было на рекламном щите на Таймс-сквер.

Фрэнки, как и ее сестра Даллас, была совершенно невменяемой.