"

"– Эй, товарищи офицеры, все здесь! – донесся из полутьмы возбужденный голос Елисеева. – Две женщины и один мужик! С ними все в порядке, только дяденька какой-то поломанный!

Только на этом месте Вадим позволил себе с чувством выполненного долга потерять сознание.

* * *Он плохо помнил, что было потом. Дребезжал мотор, катер шел по течению. Архипов лежал в крохотном кубрике и качался на волнах. Временами его рвало. Свежая перевязка сковывала движения. Иногда боль отступала, и в голове светлело. В какой-то момент он решил присесть, даже сделал это. Но к нему тут же подлетела Катя и стала силком укладывать обратно.

– Доктор Савицкая! – пробормотал Вадим. – Сколько лет, сколько зим. У вас такие заботливые руки!..

– Они могут и отшлепать, – заявила Катя и улыбнулась. – Лежите, больной, успокойтесь, навоевались уже.

Он долго спал, хотя и не сказать, что набирался при этом сил. Иногда капитан просыпался, обводил пространство мутным взором. Все были здесь – постоянно спящая красавица Тина Корш, Минько с перебинтованной ногой. Этот субъект скорбно смотрел в потолок и думал о чем-то неприятном.

Иногда кто-то из ребят выходил, в кубрик спускались другие. Когда он снова проснулся, двигатель молчал, катер никуда не плыл, а за иллюминатором было подозрительно темно.

– Зашли в протоку, командир, – объяснил Кротов. – Стоим, ждем у моря погоды. Ты поднял на берегу столько шума, что украинские власти теперь пытаются перекрыть и эту артерию. Мы надеемся, что ушли из опасной зоны. Пусть рыщут в другом месте. Здесь разветвленная система рукавов. Скоро пойдем, не волнуйся. Прижмемся к бережку и проскочим.

Архипов снова провалился то ли в обморок, то ли в сон. Он не помнил, как долго продолжалось речное путешествие. Капитан очнулся, когда его начали осторожно поднимать со спального места.

Он возмутился. Мол, зачем мне няньки, сам пойду! Но только сделал самостоятельный шаг, как подкосились ноги. Данилевский, стоящий на стреме, схватил его и удержал.

Вадима вывели на свежий воздух. Где-то на востоке, за водной гладью и шапкой леса, уже светлело небо. Архипов кое-как сам сошел по трапу. Навстречу шли какие-то люди с оружием. Они негромко переговаривались со спецназовцами, удивленно цокали языками.

«Ополченцы, что ли?» – Вадим лениво шевелил извилинами и озирался, превозмогая боль – где его Катюша?

Еще раз он очнулся после операции, через день или два, когда закончилось действие анестезии. Архипов лежал в чистой, солнечной, а главное, одноместной палате. Рядом с ним у массивной капельницы стояла женщина в белом халате.

– Опять доктор Савицкая? – прошептал он. – Здравствуйте, моя хорошая!

– Надоела уже? – Катя склонилась над ним и улыбнулась.