Но для его недовольства всегда прослеживался повод. Сейчас же…

— Извини. Я не знала, что ты уже закончил. Ты обычно поздно приходишь.

— Все, блядь, отприходился поздно! — Владимир оторвал плечо от косяка и покачнулся. «Он пьян», вдруг отчетливо поняла Алиса. — Три дня, блядь, окучивал этого Антона-гондона — а он меня сегодня на хуй послал!

Алиса молчала, напряженно слушая Владимира и пытаясь понять. Значит, у него не сложились переговоры, ради которых он прилетел. Это плохо? Или очень плохо?

— Зато Антоша с твоим Девятым корифанит, — пьяно и недобро хохотнул Владимир. — Говорит с ним лучше, чем со мной. Ах, Михаил такой специалист, ой, Володя, давай завтра, у меня сегодня встреча с Михаилом. Пуп Земли, блядь! А меня на хуй послал!

Речь Владимира почти вся превратилась в поток нескончаемого мата. И от этого чувство напряжения… или предчувствия чего-то нехорошего только усиливалось. Миша… Зачем он сказал про Мишу? При чем тут Миша?!

— Все будет хорошо, — как могла миролюбиво пробормотала Алиса. Что она могла еще сказать?

— Зашибись все сейчас будет, — хохотнул Владимир — еще более недобро и пьяно. — Живо давай раздевайся и в спальню. Раком вставай.

— Володя… — голос почему-то сел, и сейчас Алиса стала шептать. Ей вдруг стало страшно. Пьяным она Владимира видела. Таким — никогда. — Володя, давай ты ляжешь спать…"

"— Не надо мне говорить, что мне делать, а что нет! — рявкнул он. — И ты туда же! Место свое знай! Твое место — на кровати раком, и дело твое — делать, что говорят. И не вякать — «Это не хочу, это не буду». Поняла меня?!

— Володя… — только и смогла повторить Алиса. С каждым его словом ей становилось все страшнее и страшнее.

— Хватить болтать! И цени мою доброту! — он, пошатнувшись, сделал шаг и взял с полочки тюбик. — Вон, гель купил!

— К-к-кой гель?! — от быстроты и непредсказуемости происходящего Алиса вдруг стала заикаться.

— Анальный, блядь! — снова рявкнул Владимир. — Хватит мне этих сказочек — «Нет, я в попу не хочу», наслушался! Давай, живо, раздевайся — и раком!

— Нет! — Алиса даже обдумать услышанное не успела, а уже мотала головой — быстро, отчаянно.

— Я тебе покажу — «нет»! — взревел Владимир. И в следующую секунду схватил Алису за волосы и потащил в спальню.

В первые несколько секунд Алису просто парализовало от ужаса. Она забыла, что можно что-то сделать. Кричать. Сопротивляться. Царапаться. Ударить в пах, в конце концов. Она лишь хрипела «Нет» и упиралась пятками в пол. Было очень больно голове, казалось, что с нее сейчас скальп живьем стянут. А потом перед глазами замаячила постель, и это словно придало сил. Паника отступила. Превозмогая боль в коже головы, Алиса извернулась и пнула ногой, обутой в кроссовку, Владимиру в надкостницу.