Вова отрывает меня от груди, вытирает мое лицо, но слёзы бегут и бегут. Тогда он снова прижимает меня к себе. Я захлебываюсь. У меня истерика, какой давно не было. Вова больше ничего не говорит, только держит крепко, ожидая, когда сама успокоюсь. Мне бы вырваться из его объятий и убежать навсегда, а я не могу. Ноги одеревенели и приросли к полу.

Я пытаюсь найти в себе силы успокоиться. Это сложно, потому что чувствую себя так, будто мир рухнул. Мне плохо и больно. Я запуталась. Я боюсь.

Вова падает лицом мне в волосы. Его горячее дыхание проходит волной по затылку. Тепло проникает сквозь кожу и чуть отрезвляет меня. Я отстраняю голову назад. Гляжу в грустные глаза бывшего супруга. В них больше нет ни азарта, ни огня, ни иронии, как ещё десять минут назад. Только тоска. Темная и беспробудная.

- Яна, девочка моя, прости, пожалуйста, - бережно опускает ладонь мне на щеку. - Я правда не хотел тебя обидеть. Извини за дурацкое поведение.

- Для чего было стебаться надо мной? Да, я приехала сюда из-за тебя! Доволен?

- Если честно, доволен, - робко улыбается. - Я правда рад, что ты приехала. Я изначально хотел пойти сюда с тобой.

- Для чего? Чтобы на моих глазах флиртовать со стриптизершами?

Я более-менее успокоилась. По крайне мере могу поддержать диалог. Шмыгнув носом, растираю по лицу слёзы и косметику. На груди Вовы красуется огромное красно-черное пятно от моего макияжа. Белоснежная рубашка от «Армани» безнадежно испорчена.

- Потому что раньше на подобные мероприятия мы всегда ходили вместе, и мне это нравилось. А что касается стриптизерш, то они мне неинтересны. Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к подобного рода девушкам.

Да, знаю. Вова не любит содержанок, эскортниц и иже с ними.

- Ты с этой Матильды глаз не сводил.

- Не правда. Я просто сидел за столом у сцены, поэтому невольно голова в ее сторону поворачивалась. Ну и плюс она бросала в меня одежду. Приходилось реагировать.

- Ты смотрел на нее, - настаиваю на своем. - И на стриптизершу, которая танцевала до нее, тоже.

Вова вздыхает.

- Яна, если бы мне нужна была Матильда, то я бы сейчас был с ней, а не с тобой.

Резонное замечание.

- А зачем тебе я? - с губ срывается интересующий вопрос.

Вова долго и пронзительно на меня смотрит. В молчании между нами играющая в приват-комнате эротическая музыка звучит нелепо. Лучше бы ее вовсе не было.

- За тем, что я хочу с тобой быть, - наконец, отвечает.

Признание Вовы трогает меня до глубины души. Я хвастаюсь за него как утопающий за соломинку. Сердце начинает дребезжать. Опускаю глаза, не позволяя себе развешивать уши на сладкие речи, и разглядываю блестящий пол. В приват-комнате даже он красного цвета. Не только эротическая музыка звучит нелепо, а все это помещение какое-то нелепое.