Мы уже привычно присели под забором и заглянули в щели между бревнами.

- Что-нибудь видишь? - спросил Петрик.

- Ничего особе… Ой!

С той стороны в щель пытливо глянул круглый коричневый глаз.

- И я ниче… Ай! - вскрикнул дружище. - Бусинка, тут собака! Она смотрит прямо на меня и как-то странно дышит.

- Хорошо, что не лает, - ответила я.

- А чего ей лаять? Она хозяина привела, он дальше сам разберется.

Это кто сказал?

Смекнув, что прозвучавший мужской голос принадлежит не моему другу, я отшатнулась от забора и вскинула голову, но ее тут же направили обратно, крепко приложив о бревно.

В ушах у меня зашумело, в глазах потемнело - картинка пропала.

И в нашей истории возникла вынужденная пауза.

- Бусинка моя, очнись! Ну же, Люся!

Знакомый голос пробился сквозь вату в ушах, и я почувствовала, что на мою правую ступню настойчиво давят - как на педаль рояля.

Я открыла глаза и снова зажмурилась от яркого света. Повернула голову в сторону, опять разлепила ресницы и в щелочку углядела гордый профиль Петрика.

Он - не профиль, разумеется, а весь наш дарлинг целиком - сидел на раскладном стуле и отодвинутой далеко в сторону правой ногой давил на мою левую. Кажется, выжимал сигнал морзянки SOS. При этом руки его были заведены за спинку стула.

Я ощутила, что мои верхние конечности зафиксированы в такой же позиции, и спросила:

- Что случилось? Где мы?

- Все там же, Люся! Все там же! В плену у Деда-яги!

Я сфокусировала взгляд за Петриком и узнала высокую стену селекционного чертополоха, огораживающую задний двор ведьмака. Мы сидели в подобии коридора между бревенчатым забором и боковой стеной дома, прямо под окном. Оно было открыто и виделось мне слепящим бело-голубым прямоугольником: в помещении горел яркий свет.

- А как мы попали в плен? - спросила я, поскольку совершенно этого не помнила."

"- Ведьмак взял нас тепленькими в низком приседе под забором, - напомнил Петрик и зашипел: - Еще о бревна приложил, гад! У тебя на лбу шишка размером с яйцо. А у меня, кажется, ссадина, погляди, будет шрам? - Он повернул голову, чтобы показаться мне в фас.

Я не успела ему ответить. Из непроглядной черноты заднего двора соткалась крупная темная фигура весьма пугающих очертаний - высоченная и широченная, судя по резиновым сапогам сорок какого-то размера - мужская. Сапоги я разглядела, а все остальное - нет, потому что фигура воздвиглась перед нами спиной к окну и оказалась против света.

- Ну, и кто вы такие? - спросил низкий голос со зловещей хрипотцой. - Зачем пришли, что высматривали, много ли увидели?

- Мы не увидеть, а услышать хотели! - обиженно ответил Петрик. - Нам нужны ответы на очень личные вопросы и, возможно, помощь магического характера.

- Серьезно? А чего сами приперлись, а не с Никитишной пришли? - строгий голос слегка подобрел.