– Разве не заиграли?

– Заиграли! Да только музыка та была не в ее честь, – отрезал Зотов."

"– Анастасия была не во вкусе Юлиана?

– Дело не столько во вкусе! Сколько в порядочности! Она же жена его отца!

– Некоторым это не мешает!

– Поэтому я и упомянул о порядочности.

– Я вас услышала, Юлиан оказался порядочным человеком. А Анастасия – нет.

– Я ее судить не нанимался! Тем более теперь, когда ее уже нет среди живых.

– Я согласна с вами. Но возникает вопрос…

– Какой еще вопрос?

– Что, если непорядочность жены серьезно задела самолюбие отца Юлиана?

– Вадим Евгеньевич же нанял вас, – укоризненно напомнил детективу Зотов.

– Нанял, потому что захотел спасти сына.

– И потопить себя? – хмыкнул парень.

– Необязательно, – ответила Мирослава, – он мог не учесть мою дотошность.

– Да ладно, – отмахнулся Зотов, – вы не там копаете.

– Возможно, – легко согласилась она. И напомнила: – Вы сказали, что, когда я вам позвонила, вы одной ногой стояли на пороге.

– Стоял, – вздохнул он.

– Если не секрет, то куда вы собирались?

– К Володьке Гришечкину, дружку моему.

– Он и друг Юлиана тоже?

– Тоже, – подтвердил ее догадку Александр.

– Я бы хотела поехать с вами.

– Зачем? А! Понял! Хотите задать ему те же вопросы, что и мне.

– Восхищаюсь вашей проницательностью, – пошутила Мирослава.

– Да ладно, чего там, – изобразил скромность на лице Зотов. – Но я должен предупредить вас.

– О чем?

– О том, что вы время потратите напрасно. Он скажет вам то же самое, что и я.

– О моем времени не беспокойтесь, у меня его вагон и целая тележка.

– Как хотите, – пожал плечами парень и спросил: – Вы на машине?

– Да.

– Отлично! – обрадовался он. – А то я собирался до метро пилить.

В том, что Мирославе не удастся ничего нового узнать от Владимира Гришечкина, Александр Зотов оказался прав, но не совсем.

Владимир почти слово в слово повторил слова Зотова об отношениях Юлиана с мачехой, добавив напоследок:

– Вешалась она на Юлиана. Он даже хотел на съемную квартиру перебраться.

– Отчего же не перебрался? – спросила Мирослава.

– Стремно как-то из-за бабы сбегать из отчего дома, – довольно грубо ответил Гришечкин.

– Если бы он съехал, – вставил свое слово Зотов, – то вроде как бы капитулировал. А Юлиан не хотел, чтобы все запросто так Насте досталось.

– То есть ему съехать помешала гордость? – спросила Мирослава.

– Вот точно вы сформулировали! – обрадовался Гришечкин. – Прямо в корень зрите!

– Он мог бы съехаться со своей девушкой.

– Они пока оба не были готовы жить вместе.

– Почему?

– Я не знаю. Так мне сказал Юлиан.

– Хотя если бы Галя разъехалась с Клавой, обеим было бы лучше, – заметил Зотов.