Начать с того, что безжизненный, устремленный в пустоту взгляд Голубева всколыхнул в моей душе давно забытые воспоминания. Позднее я попросила своего друга раздобыть мне фото айтишника. Используя фотошоп, мы убрали с портрета бороду, а также слегка его омолодили. И, хотя с момента нашей последней встречи минуло четырнадцать лет, я безошибочно узнала в Голубеве того самого сотрудника фирмы-провайдера, который приходил в мой дом сразу же после убийства Андрея. Я так долго носила его образ в сердце, что запомнила на всю жизнь.

Итак, первая загадка разгадана: очевидно, что именно покойный айтишник похитил в свое время папку с компроматом, но не понятно, для чего он это сделал. Вряд ли он действовал самостоятельно, ведь тогда как минимум воспользовался бы полученными документами. Очевидно, что его об этом попросил убийца, а затем убрал нежеланного свидетеля. Хотя и непонятно, почему он тогда выжидал долгих четырнадцать лет. Одним словом, загадок много. Да еще эта история Хоруженко с бабой Глашей сильно меня отвлекла.

Он забрал папку и передал вам, Ираида Семеновна. Думаю, что, если и заглянул в содержимое, все равно ничего не понял. Иначе бы вряд ли молчал столько лет.

Возможно, первое время вы вздрагивали от каждого шороха, опасаясь разоблачения, но постепенно все прошло. В конце концов, самые страшные воспоминания со временем тускнеют. Так что о смерти Андрея вы вскоре забыли. Так продолжалось до тех пор, пока я не появилась на фирме.

Конечно, вы меня сразу узнали, но, нужно отдать вам должное, виду не подали – поразительное самообладание. Но, разумеется, насторожились. Вы сразу поняли: неспроста я устроилась к Петрову секретаршей. И тогда вы стали за мной следить. Вам нужно было выяснить, что мне известно и каковы мои намерения.

Только вот беда, моя персона интересовала не только вас. Голубев ведь тоже прекрасно меня запомнил – в конце концов, ему не каждый день доводилось исполнять роль грабителя. О том, что похищенная им папка имеет какое-то отношение к смерти Андрея, ему известно не было. Меня никто с ним не видел и связать не мог. Мало ли что за девица, мало ли какой папкой она обладает. Но, признав в новой секретарше обворованную им некогда особу, айтишник каким-то образом связывает ее с давним убийством. Как он это сделал, Ираида Семеновна? Расскажите, пожалуйста, удовлетворите мое любопытство.

– Я по-прежнему не понимаю, о чем идет речь. – Миронова и не думала сдаваться. – Вы великая сказочница, Валерия Михайловна. Вам и карты в руки. Сами придумайте.

– Как хотите, – равнодушно пожала я плечами. – Тогда, пожалуй, я продолжу.