– Ну хорошо, – я устало откинулась на спинку стула, – пусть так. Не знаю откуда, но я просто уверена, что работа у меня в кармане, и все тут! – Я стукнула кулаком по столу, забыв про Степку. Тот вздрогнул от резкого звука и, смешно сморщив носик, огласил кухню громким криком.

– Уймись, оглашенная, – шикнула на меня подруга и, подхватив сына, вытащила его из стульчика. – Ну все, все, – ласково пропела она, – тетя Лера просто не в себе немного, видишь, что придумала: под самого Петрова решила «копать». Ну не сумасшедшая ли, а, Степан, как думаешь? – пела она, яростно тряся сына.

Что уж там думал по поводу моего плана младенец, так и осталось загадкой, но судя по его недовольному виду, ничего хорошего. Нет, ну вот что за семья такая? Хорошо хоть Володька на моей стороне. Хотя, если вдуматься, это совсем немало. Вернее, вполне достаточно, учитывая навыки Олькиного мужа, без которых моя затея вряд ли увенчается успехом.

– Слушай, а как тебе удалось обвести вокруг пальца службу безопасности Петрова? Они что, и впрямь поверили в твою легенду об увольнении?

Я пожала плечами, не понимая, чему Ольга так удивляется. Это-то как раз самое простое.

– Конечно, эсбэшники у нашего олигарха – ребята профессиональные, – я закатила глаза к небу, – но очевидно же, что они не станут сильно «копать» под каждого кандидата. Все, что их интересовало, так это действительно ли я являюсь тем, кем являюсь. И тут, как ты понимаешь, все чисто. Что до причин увольнения, то кому какое дело? Поэтому парни вполне удовлетворились слухами, которые я же сама и распространила. Зачем им проверять, были ли домогательства ректора в реале или нет? Зато для Мироновой это определенно еще один плюс в копилку моих достоинств – насколько я знаю, последняя секретарша была уволена как раз из-за того, что умудрилась влюбиться в Петрова. У того принцип: он не смешивает работу и личную жизнь. Так что тот факт, что я придерживаюсь аналогичных правил, определенно красивая розочка на моем праздничном пироге.

– Ох, Лерка, чую я, сожрет Петров весь твой десерт и не подавится. – В Ольгиных голубых глазах читалась тревога."

"– Не драматизируй, пожалуйста. – Я беспечно махнула рукой. А затем добавила уже серьезно: – Оль, ну пойми, не могу я по-другому. Если не отомщу за Андрея, не будет мне покоя. Посмотри на меня! Мне тридцать два года, а чего я добилась? Карьера так себе, семьи нет. Я, когда твою Полинку вижу… Оль, я не могу не думать о своем ребенке, которому сейчас примерно столько же было бы. Помнишь, ты позвонила мне и рассказала о том, что дочка влюбилась? Меня тогда как водой ледяной окатило. У тебя ребенок уже на выданье, а у меня даже нет никого, с кем я могла бы его родить. Я ведь честно пыталась все забыть и двигаться дальше.