— Напрашиваешься, чтобы стулом все-таки врезала? Отвали, козел белобрысый!

Я-то в ухо культурно спросил. О здоровье беспокоился.

А Мишень контуженая заорала так, что к нам компании с других столов обернулись.

— Ну а чё ты, козлы часто белобрысые бывают, — оценил грубость Марк со смехом.

Кир свой стул предложил, если злючке понадобится. Лишь бы не пропустить, как в меня им врежут.

— Ненормальная она. С большой придурью, — для убедительности друзьям вношу ясность: — Приколов вообще не понимает. Поверила, что я здесь каждый день оливками Мишени добываю. Наивная простушка. В шутку хотел перевести попадание. Я же не целился, думал рядом упадет, и троица к нам повернется, — так и было, нам хотелось привлечь внимание, ну я и привлек. — Разоралась вначале, угрожала, потом жалела, глядя как на психа. В конце чуть важный орган не откусила, болит теперь. Злючка кровожадная.

— Зашибись! Когда вы успели?

— И как ты, держишься?

Друзья резко смеяться перестали, забросали вопросами, с ужасом оглядывая меня.

Хорошо, когда есть поддержка. Мы втроем со школы дружим, вместе учимся и в универе на пятом курсе. Всегда подставим плечо для помощи друг другу и не имеем внутри нашей банды секретов.

— Горячее пока пить не буду. Надеюсь, скоро язык вылечится, — выловил кусочек льда из стакана и приложил к кончику.

— Фуу! Черт. Я тут уже подумал, — снова заржал Марк.

— Укоротить твой язык только на пользу. Болтаешь много, — и Кир посочувствовал.

Рановато расхвалил друзей. Какая-то у них поддержка кратковременная.

— Может, ты и не зря психуешь, — Кир подумав немного, принял все-таки мою сторону. — Троица злопамятная. А твоя мишень, Дашка, вообще буйная. Лучше не связывайся.

— Ну все, напугал. Того и гляди, штаны промочу, — малолетка какая-то шуток не понимает, а они мне тут ездят по ушам. — Марк, скажи, куда сейчас смотрит Мишень?

Марк оторвал глаза от одной из подружек, светловолосой милашки, Ангелины. В троице две блондинки. Кир атакует ту, что слева, непробиваемую и упертую Мелиссу.

Моей случайной Мишенью стала жгучая брюнетка с кучерявой шевелюрой. Приходилось сильно наклоняться, когда выслушивал упреки. Мелкая, в странном для девушки свитере — изображение льва с распахнутой пастью на весь живот. Вцепилась в меня, вроде я сбегу от страха. А потом сама же отталкивала.

И еще смотрела так, будто проглатывала огромными карими глазищами, чуть и сам не утонул. До того бездонные казались в обрамлении густых ресниц. Губы поджимала, но на миг почувствовать успел, насколько мягкие и нежные. Есть в ней что-то, все же.

Поцелуй мог стать приятным…

А мог и языка меня лишить!

Ноет теперь место укуса злючки бешеной.

— Косится на тебя. Болтает с подружками и на наш стол оборачивается, — Марк подтвердил мою версию.