Но я помню все еще о двух женщинах и одновременно ощущаю себя немножко ими тоже… А теперь…

Я шагнула к Олегу и протянула руку:

— Будь другом, дай ключи. Я уйду.

Олег не шевельнулся. Мне не хотелось смотреть ему в лицо.

— Пожалуйста, ребята, отпустите меня…

— Нет, — хрипло ответил Олег. — Ты останешься здесь. Я хочу разобраться с тобой до конца. Ты останешься здесь до утра.

Юра ничего не сказал в ответ на наш натянутый спор, он вышел из комнаты в коридор, тяжело хромая.

Остаться с Олегом наедине после всего было невыносимо. Мы оба не знали что сказать и как посмотреть друг на друга.

— Знаешь, а ведь у меня была такая мысль… Я гнал ее прочь, — вымолвил Олег. — И я не хочу переживать еще и это.

— Но я же и хочу уйти…

— Ты — не она.

— Да, я это знаю! Но к сожалению, ты все тот же. Я знала, что ты меня не примешь, но и не обижай меня… Выпусти меня отсюда, если не хочешь, чтобы я сделала что-нибудь с отчаяния.

Олег полез в карман, но тут в коридоре послышался металлический стук упавшего костыля, шуршание и глухой стук падения чего-то тяжелого. Олег бросился в коридор.

— Юрка, ты что?! — в ужасе закричал Олег. Когда я выбежала к ним в коридор, Олег приподнимал лежащего Юру, который был явно в обмороке.

— Да что же это такое? — выдавил из себя Олег. — Это все из-за твоего спектакля… А ну, уйди с дороги! — заорал он на меня, с усилием поднял Юру на руки и понес в комнату. Уложив его на диване и подсунув ему под голову подушку, Олег придвинул кресло и сел рядом. Я подошла и, боясь, что Олег, окончательно озлившись на меня, выставит меня вон, присела около Юры на пол. Мне уже не хотелось уходить, пока Юрка не придет в себя.

— Мария, с ним никогда не было ничего подобного, он крепкий парень, в чем же дело? — спросил Олег растерянно после того, как мы просидели молча минут двадцать, а Юрка за это время даже не пошевелился.

Я сама была удивлена и встревожена, а услышав, как дрожит от неуверенности голос Олега, испугалась по настоящему. Юра лежал бледный, его грудь почти не поднималась, казалось, что он вообще не дышит. Я взяла его за руку, пульс был рваный, слабый, словно у умирающего.

Неожиданно Юрка зашептал что-то, замотал головой… Его волосы рассыпались по подушке, на лбу выступила испарина… Мы с Олегом, одновременно вскочив, бросились к нему. Он был в лихорадке и бредил, горячо шепча что-то непонятное. Руки его стали шарить повсюду, словно он чего-то искал…

— У него жар, — Олег потрогал лоб Юрки и даже отдернул руку. — Наверное, нужен врач…

— Подожди-ка, что это он говорит…

Мы склонились к самому его лицу, но Юра неожиданно быстро успокоился, затих.

— Уже второй час, — заметил Олег. — Иди отдохни… в ту комнату, которую ты, должно быть, помнишь. Я посижу с ним.