– Хорошо, – вздохнула я. Мы опять замолчали. – Тимур, – позвала я. – Я не знаю, где Лукьянов.

– Надеюсь.

– Что за черт, а? Я же сказала…

– Допустим, не знаешь. Но ты его ищешь. Ты его ищешь, хотя взяла с меня слово, что я его искать не буду.

– С чего ты так решил? Я вовсе…

– Тогда почему тебя заинтересовал Риткин сосед?

– Да, заинтересовал. Потому что он одинокий, потому что с ребенком, потому что появился в неподходящем месте. А то, что я тебе об этом не сказала… ты прекрасно понимаешь, почему. Твои парни давно за мной топают?

– Давно.

– У тебя тоже есть свои секреты.

– Не болтай ерунды. Я тебя чуть не похоронил однажды. Думаешь, я сплю и вижу пережить такое еще раз?

– Хочешь, уедем куда-нибудь на пару недель?

– А что изменится? Мы вернемся и…

– Тогда что делать?

Тимур посмотрел на меня и усмехнулся.

– Раз и навсегда закрыть этот вопрос. Такой ответ тебя устроит?

– Я не хочу, чтобы ты в этом участвовал.

– Не сомневаюсь.

– Прекрати! – заорала я. – Я не оправдываю его и не защищаю. И если он появится, клянусь, я… Я просто не хочу, чтобы ты в этом участвовал.

– С него ты тоже взяла такое обещание? Уверен, так оно и есть. Не то бы он давно… попытался бы уж точно…

– Он пытался.

– Да. Но чужими руками. «Я не хочу, чтобы ты в этом участвовал», да?

– Прости меня… я должна была тебе рассказать. Прости.

Тимур посмотрел на меня с сомнением и вдруг улыбнулся.

– Не ожидал услышать от тебя такое.

– А чего ожидал?

– Вариантов много. Например, убирайся к дьяволу.

– Видишь, я меняюсь.

– И это позволяет надеяться… – Он остановил машину, посмотрел на меня, улыбнулся и привлек к себе. – Я знаю, ревность скверная штука, – вздохнул он.

 – Только куда ее деть?

Утром, как обычно, придя на работу к девяти, я позвонила Лялину, а потом Вешнякову. Из-за вчерашней сцены на душе у меня кошки скребли. Лялин отнесся к случившемуся философски.

– А чего ты хочешь? Он поступил правильно. Ты его жена, и защищать тебя его право. Хочешь совет, девочка? Перестань сидеть на двух стульях. Добром это не кончится.

– Всегда рада послушать старшего товарища, – пробубнила я.

Вешняков тоже встал на защиту Тимура. Мужская солидарность вызвала у меня припадок тихого бешенства.

Минут двадцать я бегала по кабинету, пытаясь успокоиться, потом устроилась возле компьютера. Еще раз взглянула на расписание поездов. Вечерний поезд в город, где жила Инна, уходил в 20.30. Она не могла им воспользоваться, если без пяти минут восемь приехала в дом Корзухина, за это время не успеешь добраться до вокзала. Так, расписание автобусов. Последний уходит чуть позднее, в 21.05. Если ее разговор с Людмилой не занял много времени, она вполне могла успеть.