– Восемь, а? – вмешался Тимур, парень сорвался с места и бросился бежать в сторону улицы, Тимур выскочил из машины и припустился за ним. Сашка тоже не удержался, радостно тявкая, засеменил вслед за хозяином, а я довольно громко выругалась и стала сдавать назад.

Когда я выехала на дорогу, появился Тимур. Физиономию его перекосило от гнева, Сашку он держал в руках, и я обрадовалась, не хватало еще, чтобы тот потерялся.

– Может, тебе вместе с Вешняковым заняться физподготовкой? – спросила я, открывая дверь.

– Непременно, – буркнул он.

– Ладно, парень значительно моложе, ему положено хорошо бегать.

– Ты не могла бы помолчать? – разозлился Тимур, Сашка тоже зарычал. То ли на него, то ли на меня, то ли на обоих сразу.

– Стыдно, пес? – переключилась я на собаку. – У тебя должен быть нюх, в конце концов, ты охотничья собака.

– Его наверняка ждала машина, – немного успокоившись, сообщил Тимур. – Свернул в соседнюю подворотню и точно растворился. Я слышал, как заработал мотор.

– А я надеялась услышать от парня что-нибудь полезное. Теперь вряд ли. Тимур Вячеславович, у вас свои методы, но для следствия они не совсем подходящие.

Будьте добры в следующий раз не соваться куда не просят. Большое одолжение сделаете.

Мы вернулись домой, Тимур хмурился, я злилась, только Сашка радовался неизвестно чему.

– Говори что хочешь, но одну я тебя никуда не отпущу, – заявил Тимур и громко хлопнул дверью спальни.

– Что скажешь, пес? – вздохнула я. – Ладно, не надо делать такое лицо, так и быть, пойду мириться. А тебе лучше остаться здесь. Сам понимаешь, мириться мы будем долго и со вкусом. А твое присутствие будет меня смущать.

Я была уверена, что звонивший больше не появится, и, хоть накануне помирилась с мужем, продолжала мысленно костить его на чем свет стоит.

За этим благим делом меня и застало сообщение, пришедшее на мобильный. Всего два слова: «Риткина дача». Без подписи. Номер скрыт. Я отложила мобильный в сторону и задумалась. Потом прошлась по кабинету, вернулась к столу, вновь прочитала сообщение."

"– И что меня там ждет? – барабаня пальцами по столешнице, вздохнула я. Через полчаса пришло второе сообщение. «Давай, милая, я жду». – Черт бы тебя побрал, – выругалась я, имея в виду Лукьянова. Я не сомневалась, что сообщения прислал он.

Хотя… может кому-то надоело болтаться за мной по городу и события решили ускорить. Ты едешь или нет? Нет. Я звоню Тимуру. Я протянула руку к телефону, но она бессильно повисла где-то на полдороге. Надеешься поговорить с Лукьяновым, пробудить добрые чувства, думаешь, он, растрогавшись, скажет тебе правду? Жив твой ребенок или нет? В самом деле, надеешься? Нет в нем добрых чувств, и пробуждать их замучаешься. Он продолжит свои дурацкие игры, и это послание только один из гениальных ходов.